Лежу, радуюсь жизни и тихонько подвываю от боли в затекшем теле. Это ж сколько я внутри себя куролесил⁈ Вроде как только был обед, а теперь уже вечер?"
"Разгоняю эфир по телу, чувствуя, как возвращается контроль, как кровь начинает быстрей бежать, да и вообще, как восстанавливается организм. Истощения, как внутри себя, я не чувствовал. Был относительно бодр и местами даже свеж. Но есть хотелось просто нереально.
Минут пять полежав, я понял, что могу уже и встать. Глянул на часы — девять вечера. Круто я, конечно, потренировался.
Теперь надо найти врага и проверить на нем то, что я узнал. Назову этот прием пафосно — Серое проникновение. Звучит как название порнушки, но мне подходит.
Пошел домой — знаю ведь, что там есть еда. Нет, так-то в кольце у меня тоже заначка имеется, но зачем ее тратить? Это неприкосновенный запас, на случай незапланированных путешествий.
Ну, значит, обошел я дом, захожу — и передо мной картина маслом. Сидят, жрут мою еду и увлеченно рассуждают об убийствах и расчлененке.
— Так, я не понял — что за нах⁈ –нарисовался я в дверях.
— Ты где был⁈ — подскочила Танька. — Мы всю академию на уши подняли!!!
— Ага, я вижу — так подняли, что задницы от стульев оторвать не можете!
— Ты не уходи от вопроса.
— За заднем дворе лужайку видела? Там, где еще удобные кресла стоят? Вот там я и был. Медитировал, раскачивал каналы, расширял источник.
— А на звонки почему не отвечал⁈
— Да чтобы не мешали. И вообще, что это за допрос? Я у себя дома — где хочу, там и сижу.
— А ничего, что мы переживали?
— А ничего, что надо было хотя бы по округе пробежаться? Все, я был голодный, а теперь еще и злой.
И если быстро не поем, то плохо будет всем. Вот, магию новую освоил, как раз требуется подопытный. И тот, кто еще раз на меня повысит голос, идеально для этого подойдет.
— Дурак, — обиженно плюхнулась Танька на место.
Света скользнула по мне равнодушным взглядом — вот уж кто, если бы я сдох, переживать бы не стал. Хотя, если я помру, то и она тоже. Но уверен, в ее куриную голову эта мысль пока не пробилась.
Кристина, присутствующая тут же, опять гневалась, но благоразумно держала язык за зубами.
А вот Насти со Снежаной, как, собственно, и Гиви не было.
Хотя с последним понятно — если у него с той дамой сладилось, то ему точно сейчас не до меня. Трупкипанидзе, когда его накрывает очередной приступ любви, становится абсолютно неадекватным и старается держаться от всех подальше, а к своему объекту обожания поближе. Знаем, проходили.
