Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

Ослепительная, режущая глаза пустота, где каждый кристаллик воздуха висел как ледяная игла. Холод не кусал — он ввинчивался. В мысли. В память. В самую сердцевину того, что зовется «я». Здесь не было времени. Только бесконечное «Сейчас».

Первые шаги были огнем. Казалось, дух мой треснет, как стекло, брошенное в кипяток. Я орал. Глухо, бессильно. Эхо глохло в белом безмолвии.

Моргана говорила: «Холод — не враг. Он — точильный камень для твоей воли. Прими его. Стань им».

Легко сказать, Царица Смерти.

Легко сказать, когда трон у тебя из вековечного льда, протертого до дыр твоей задницей. За века привыкла, небось, сидеть на холодном, без боязни что-нибудь себе застудить.

Я падал. Вставал. Шел. Снова падал. Белизна давила, лишая ориентиров. Лишь внутренний компас ярости, тот самый, что Переруг когда-то взрастил во мне, горел тусклым углем в груди. Не сдамся. Не сдамся им. Ни ей, ни Сварогу, ни этой проклятой пустоте!

Ярость гнала вперед. Сквозь снежные бури, режущие лицо невидимыми бритвами.

Сквозь ледяные поля, где каждый шаг — риск провалиться в синюю бездну, где ждало нечто большее, чем холод.

И оно пришло. Стражи Безмолвия. Не тела. Не тени. Сгустки абсолютного нуля, принимающие форму — то гигантского медведя с клыками из сосулек, то многорукого слизня, оставляющего за собой ледяные шрамы на реальности. Их касание высасывало жизненную силу. Саму энергию духа.

Первая схватка была короткой и унизительной. Мои удары проходили сквозь них, лишь замедляясь, как в густом меду.

Их когти — нет, не когти, а отсутствие тепла, облеченное в форму — рвали мою сущность. Я отполз, истекая сияющим туманом боли, чувствуя, как слабею.

Я умру здесь. Навсегда. Возникшая мысль была ясной, как льдинка. Уверенность. Констатация. И именно она разожгла угли ярости докрасна.

Нет. Не здесь. Не так! Я впился взглядом в ближайшего Стража — медленно плывущего ко мне сгустка вечной мерзлоты. Увидел не врага. Увидел… течение. Ритм. Как пульсирует в нем холод.

Как он вбирает энергию мира вокруг. Прими холод. Стань им.

Следующая атака Стража была не ударом, а объятием. Он обволакивал, пытаясь заморозить дух изнутри. Я не сопротивлялся. Я пропустил холод внутрь. Не как боль. Как поток. Как силу. Я почувствовал, как его ледяная суть сталкивается с моей яростью — не гасит, а… кует. Как молот Сварога по раскаленному металлу. Кровь Моровых бушевала во мне.

Я зарычал — звук, полный хрустального лязга.