Инферно Габриеля

А пока запомни, что я тебе сказал. Этому парню нельзя доверять. Я бы свою дочь не оставил с ним даже на десять минут.

Джулии хотелось сказать отцу что-нибудь резкое и даже грубое.

— Когда у меня будет билет, я тебе позвоню, — дипломатично вывернулась она.

— Отлично. Тогда пока.

На этом беспредметный разговор Джулии с Томасом Митчеллом из Селинсгроува закончился.

Еще час ушел у Джулии на разговор с Рейчел. Как могла, она уверяла подругу, что Габриель стал относиться к ней значительно лучше. Ей даже удалось убедить Эрона не посылать билет, поскольку аспирантской стипендии вполне хватает, чтобы самой заплатить за рейс.

К сожалению, у отца дежурство и он не сможет ее встретить. Поэтому она будет только рада, если Кларки возьмут ее в машину. И конечно же, она придет к ним на праздничный обед.

После двух затяжных разговоров Джулия уже чувствовала себя достаточно измотанной. Однако ей предстоял третий. Он тоже продолжался почти час. Джулия пыталась убедить Габриеля, что им не стоит проводить в одной постели каждую ночь.

Кто-нибудь из университетской администрации может увидеть их либо возле его дома, либо возле ее. Габриель внял ее доводам, но очень неохотно. Он взял с нее обещание, что их совместный сон все же будет происходить чаще чем раз в неделю.

Отложив телефон, Джулия попыталась честно ответить себе на вопрос: чего же она хочет и чего не хочет? Она не эгоистка, а потому не допустит, чтобы из-за нее Габриель потерял работу. Чем меньше их будут видеть вместе, тем лучше.

Проводить каждую ночь в одной постели с ним было опасно и по другой причине. Она знала, куда это может их завести. Да, она искренне старалась доверять ему, но еще была свежа память о совсем другом его поведении. «Чудесная перемена» в нем не успела окрепнуть. Джулия чувствовала: Габриель хочет ее и сдерживается. Пока это ему удается. Но сколько еще голос разума сможет противиться более древнему и могучему зову плоти?

Джулии не хотелось быть обольщенной, не хотелось раньше времени делать то, к чему она еще не готова.

Отдавать ему часть себя, а потом возвращаться домой, чувствуя усталость и опустошенность. Это состояние ей было знакомо. Не с Габриелем. С тем, чье имя она не хотела произносить даже мысленно. Но Габриель — совсем другой человек. И все равно осторожность не помешает, даже при всем ее желании верить ему.

Это были рассуждения и доводы разума. А телу Джулии гораздо крепче и спокойнее спалось рядом с Габриелем, чем без него.