Инкуб

— Спасибо, доктор! — Еле найдя в себе силы улыбнуться, девушка пожала протянутую ей руку и, проводив взглядом покинувшего фойе врача, заставила себя сесть в кресло и немного расслабиться.

…Рейг выглядел немного растерянным. Казалось, что он заново учится смотреть, думать и чувствовать. Глядя, как он изучает её лицо, Элли не выдержала и разрыдалась.

— Что с твоими губами? — Встав перед ней на колени, Рейг осторожно отвёл её ладони от заплаканного лица и расстроенно посмотрел ей в глаза. — Искусала? Почему ты плачешь? Чего ты так боишься?

— Ты что, не чувствуешь? — всхлипнула Элли.

— Нет… — вытирая слёзы с её лица, признался инкуб. — Эмпатия, функции транслятора и большинства служебных программ восстановятся в течение суток. Пока я могу только видеть и слышать… Даже комм пашет процентов на двадцать.

— Понятно. — Проведя тыльной стороной ладони по своим губам, девушка увидела на коже кровь и с некоторым запозданием почувствовала жжение. — Чёрт, прокусила…

— Знаешь, а ты — красивая… — тихо-тихо, на пределе слышимости вдруг прошептал Рейг.

— А ты не помнишь? — чувствуя, как по её лицу снова покатились слёзы, спросила Элли.

— Пока нет… — признался инкуб. — Знаешь, мне кажется, что наличие комма заставляет некоторые отделы мозга деградировать. С ним всё просто — выдернуть из его памяти любое событие и просмотреть его на любой скорости, в цвете и со звуком настолько просто, что нет необходимости что-то запоминать, и сейчас я чувствую себя куклой без собственного прошлого.

— А душой ты тоже ничего не помнишь? — испуганно глядя на своего любимого мужчину, спросила Элли.

— Мне было с тобой очень хорошо… Только все мои ощущения как будто подёрнулись дымкой. Стали словно чужими… — делая большие паузы между фразами и словно глядя в себя, буркнул Рейг. — Я тебя очень любил… Я это знаю… Разумом… А душа? Она словно бы спит… Не плачь, пожалуйста! Она проснётся обязательно… Когда я вижу твои слёзы, мне становится больно… И вообще пошли отсюда, а? Мне тут некомфортно.

— Пошли… — Заставив себя встать, Элли вытерла рукавом глаза и, вцепившись в руку двинувшегося к выходу Рейга, засеменила следом.

— Здорово, что они не прощаются с клиентами после процедуры… — выйдя из лифта на стоянку флаеров, буркнула девушка. — Мне что-то не хочется никого видеть. И слышать…

— Думаю, психологи у них не зря едят свой хлеб, — усаживаясь на место пассажира, сказал Рейг.