Инквизитор IV

Взмах вражеской головы влево, возвращение… Выпад! Меч едва не вырвало из рук, но вонзился он ровно туда, куда и следовало — в тот же нос ящера. На камень обильно полилась кровь, а ужаленный противник словно очнулся, и с безумной яростью посмотрел на меня. После чего распахнул пасть, в которой уже искрилось пламя.

Вот только выпустить огонь дракон не успел, ибо в его глотку залетел белый, наполненный силой шар. Божественный кулак будто взорвался в пасти, разбросав в стороны плоть и на несколько мгновений оглушив неприятеля.

Чем я тут же воспользовался, обрушив меч на его левую лапу.

Пожалуй, это и стало ошибкой. Я непозволительно увлекся, забыв, что враг крайне крепок и даже полученные раны для него не смертельны. Те скорее повод сражаться еще яростней, что дракон немедленно доказал.

Раненная лапа отдернулась, а затем обрушилась на меня, встретив на пути щит. Орудие жалобно затрещало, но выдержало. Однако ящер на этом не остановился. Надавив конечностью со всей отмеренной силой, так что я едва не оказался вбит в камень, дракон распахнул пасть и все же выпустил пламя.

Причем сделал это, намеренно подставив свою лапу под удар. Ящер здраво рассудил, что эту атаку переживет. Что же касается меня… Я просто не имел сил сдвинуться с места, чувствуя себя мясом, запекаемым в собственном соку. И быть бы мне обожженным трупом, но дракону не повезло. В наше противостояние решили вмешаться.

Тот самый оруженосец, который до этого уже шинковал раненого дракона, решил продолжить славную традицию, и налетел на моего нынешнего врага.

Меч вспорол чешую чудища, заставив того прекратить атаку. Ящер повернулся к новому противнику, но сделал это зря. Ведь и я не стал упускать своего шанса. На смену обугленному щиту пришел еще один заряженный арбалет, немедленно выстреливший. Тяжелый болт вошел в шею почти по самое оперение, и это стало концом для дракона. С тяжелым вздохом тот повалился на каменный пол.

Мы с оруженосцем переглянулись и кивнули друг другу в знак признательности.

Не знаю, как он, а я уже едва стоял на ногах. Тело вело, голову чуть мутило, а все из-за жизни, заставшей на самом краешке. Так что подчиненный на самом деле здорово помог, появившись в самый нужный момент. И если бы теперь еще можно было перевести дух, но, увы, расслабляться было преждевременно. Убитый дракон не являлся последним. Оставалось еще двое, причем оба — взрослые матерые особи. И пока они живы, я не имел права стоять в стороне.