Территория, которую предполагалось захватить, и в самом деле была огромна.
– На этих землях будут жить немецкие колонисты. Все солдаты, воевавшие на Востоке, получат в России поместья, а славяне будут на нас работать.
– Славяне? – переспросил отец.
– Славяне, – подтвердил Конрад.
– Работать на вас?
– Ну да.
Барон усмехнулся:
– Эти славяне не хотят работать даже на самих себя, неужели ты думаешь, что они будут работать на новых хозяев?
– Мы заставим их работать!
– Вот как? Это интересно. То есть вы предполагаете онемечить Россию и установить там новый, немецкий порядок?
– Конечно! Пройдет двадцать, пятьдесят, сто лет, и все забудут, что в России когда-то проживали славяне.
Там будут жить только немцы, и это будет процветающий, цивилизованный, культурный край! – с жаром воскликнул Конрад.
– Ты в этом уверен? – с сомнением спросил барон.
– Так говорит наш фюрер.
– Господи! Конрад, откуда в тебе эта слепая вера в тот бред, который с трибун вещает ваш фюрер? Ты знаешь, что Россия не двадцать, не сто, а двести пятьдесят лет находилась под оккупацией монголов?
– Знаю, – утвердительно кивнул Конрад.
– Я что-то читал об этом.
– Почему же тогда после двухсотпятидесятилетней оккупации государственным языком России не стал монгольский или татарский?
Конрад промолчал. Он не знал ответа на этот вопрос.
– Ты никогда не задумывался над тем, почему никому из монгольских мурз не пришло в голову завести себе поместье в России? Или еще проще – самому сесть князем в русском городе? Почему монголы предпочитали приезжать в Россию только за данью, причем старались это делать как можно реже? В конце концов они поручили русским князьям самим собирать дань и привозить ее в Орду.
– Я как-то не думал об этом.
– У русских есть хорошие писатели – Толстой и Достоевский. Прочти их, и ты поймешь, что русские – неуправляемая и непредсказуемая нация. Это только тебе и твоему Гитлеру кажется, что цивилизованная нация несет культуру варварам.
Может, это и так в пределах Европы, но с русскими этот постулат не работает! Вчерашние немецкие солдаты, ставшие русскими помещиками, переженятся на русских девках и научатся пить самогон с русскими мужиками. Россия растворит их в себе, как кипяток растворяет сахар. Через пять лет помещичьей жизни они приучатся вставлять в разговоре: «У нас в России» или «У вас в Германии» и скорее сами выучат русский язык, чем научат немецкому языку русских.
