Уклонение от когтистой лапищи, и я резким взмахом снес голову и половину плеча твари.
– Эткин, ты не знаешь, случайно, какого хрена здесь делает сого? – спросил я у начавшего ковыряться во внутренностях несносного учёного.
– Возможно, залетный с нижних ярусов. На пятом, у спуска в шестой, иногда можно было встретить темных, – развёл он руками.
– Но если темные начали лезть, почему император не предпринимает меры? Это же опасно для столицы, – озадаченно спросил я.
– Да императору последние лет десять вообще на все плевать.
Всем заправляют эти противные советники, – поморщился Эткин, заканчивая вырезать бурое сердце твари. – Ну хоть на один вопрос ответь. Зачем ты спускаешься?
Он достал из пространственного кармана большую банку и начал запихивать туда сердце."
"А говорили, что такие вещи только у императора и казначея, ‒ хмыкнул я про себя.
– Мне нужно спуститься ниже пятого яруса, – безразлично сказал я.
– Н-но! Там же даже для меня очень опасно! Зачем? – задыхаясь от волнения, спросил Эткин.
– Как зачем? Нашинковать бурых котлет! Даже вы, архимаги, боитесь туда соваться. Кому-то же надо.
– Значит, я пойду с тобой…
– Нет!
– Постой, ты знаешь, что я архимаг, и не хочешь брать с собой? – недоумевающе спросил он, пока я вглядывался внутрь коридоров.
– Спасать тебя от лап всяких темных тварей у меня нет совершенно никакого желания. Да и надоедливый ты, – отмахнулся я и начал путь по коридорам третьего уровня.
– Э-э! Это я что ли надоедливый?! Да если бы ты хоть что-то говорил, я бы и молчал побольше! – начал возмущаться архимаг, но также продолжал идти за мной.
На удивление, после некоторого времени Эткин затих, и только иногда шаркающий шаг выдавал его присутствие. Великолепно.
Я же двигался по отмеченным точкам заместителя Корса, которые он помечал как «крайне опасные». К концу первого дня мы прошли до самого спуска к четвертому ярусу, нашинковав с десяток мутантов. Пора было располагаться на ночлег.
– Тут устроим привал. До утра, – сказал я молчащему архимагу.
– У тебя разве есть хронометр? Я его просто не видел у тебя. Свой я оставил в академии.
– В голове у меня хронометр. Сейчас уже почти полночь.
Я начал доставать сверток со спальным мешком и еду из пространственного кармана под ошалелые глаза ряженного чудика.
– Ты, Рокаин, полон загадок, – проговорил он и принялся делать то же самое.
Перекусив и хорошо просканировав территорию вокруг лестничного марша, я наконец-то лег и приготовился ко сну.
