Иномирная супруга дракона

Он же дракон! К тому же, её должны принять и родители князя, и божественные драконы. Нужно быть совершенно чокнутой, чтобы пытаться опоить или заколдовать владыку драконов. Или солнечное божество помогло ей, как однажды подарило силу и вторую ипостась Фэнрис?

Одни вопросы, сомнения и жуткая боль. Моё сердце будто раздирали на части. Ведь я не могла пойти к кагхану и заявить права на своего мужчину. Фэнрис сказала, что меня к нему даже расстояние пушечного выстрела не подпустят.

В королевском дворце всем заправляла Валинра.

Почему так произошло? Откуда у неё такое влияние?

Когда страдание стало невыносимым, я решительно поднялась:

— У меня ничего нет, — Фэнрис захлопала седыми ресницами, глядя на меня снизу вверх.

— Посмотрим, — Я подтянула к себе заметно уменьшившийся рюкзак и выложила из него все вещи. — Что из этого можно продать?

Мы перебирали вещи из моего мира, спорили, и я старалась не думать о том, что ранило меня сильнее всего.

— Попробую выручить за это несколько медяков и купить что-нибудь для вас, — Фэнрис сгребла в кучу то, что отобрала, и принялась складывать в мешок. - Красивой одежды не ждите. Скорее всего, принесу то, что ношу сама. Если не хуже...

Она ушла, заперев нас, а я подошла к детям и взяла на руки Елисея. По носу скользнула слезинка, и Эля обняла меня:

— Ты не одна, — выпалила рыженькая Полина.

— Мы поможем, — серьёзно кивнул Матвей.

— Защитим, — уверил Рустам.

— Поддержим, — всхлипнула Амалия.

— Спасибо, — улыбнулась я им. — Но всё это обязанности взрослого человека. Вы ещё дети. Так что это я буду вас защищать, пока не получится вернуть в ваш мир.

Как я это буду делать, понятия не имела. Ребята отправились в мир драконов, как в летний лагерь. Беззаботно бросились в магический поток, и я не сумела уберечь их от неприятностей.

Но сначала я хотела увидеть Гордэра, хоть и отчаянно боялась этого. Что если он меня больше не любит? Смогу ли я перенести холод в его взгляде?

Когда Фэнрис вернулась, дети успели задремать и подскочили, испуганно глядя на спутника отступницы. Я прижала к себе Лисёнка, помятуя, с каким восторгом женщина отнеслась к его появлению.