Иномирная супруга дракона

— Что ты помнишь о своём отце? — поинтересовалась я и тут же предупредила: — Только не то, каким он был крутым медвежатником, и как вы ругались и спорили о том, что правильно, что нет. Мне интересно, каким человеком он остался в твоей памяти.

Папа отложил планшет и усмехнулся, а потом тяжело вздохнул.

— Любящим. У него были своеобразные представления о добре и эле, но всё, что он делал, было ради меня. – Покачал головой. — Меня и подкупало это, и злило. Я не верю в ложь во благо!

— Я знаю, — улыбнулась и поставила чашку на столик.

Пододвинулась и обняла его. — И хочу, чтобы ты перестал мучить себя этим. Ты сделал много добра, и чаша весов уже давно перевесила преступления дедушки.

— Не достаточно, — он отстранился и серьёзно посмотрел на меня. — Ты сама знаешь, сколько ни добавляй белил в чёрную краску, она не станет белой. Но с каждой каплей будет светлее и светлее.

Я долго думала, стоит ли рассказывать о том, что на самом деле со мной произошло. О том, что дедушка не исчез, а был призван из нашего мира божеством другого.

И что он всё ещё жив. И о том, что отец Елисея — настоящий дракон.

Конечно, я отказывалась от этой идеи, потому что мой отец никогда не верил ни в магию, ни в потусторонние силы. Он смотрел на мир крайне приземлённо и любую проблему раскладывал, как замок, на личинку, стержень, хвостовик и пружины.

И слову бы не поверил.

Но в такие мгновения, как сейчас, мне очень хотелось поделиться бурей, что уже три года царила в моей душе. Выговориться и поделиться невероятным опытом и рассказать о чувствах, что испытала в другом мире.

Промолчала и в этот раз. После такого разговора между нами появится пропасть.

Пусть отец и дальше считает, что я забеременела от мужчины, который помог мне и детям спастись от пиратов. В каком-то смысле это было верно. Вот только папа считал, что Гордэр меня бросил, и мне это не нравилось. Кагхан ни за что бы так не сделал!

— Уже поздно, — намекнул отец.

Поднявшись к себе, тихонько вхожу в комнату и смотрю на детскую кроватку.

Елисей улыбался во сне и шевелил пальчиками, будто ему снились феи, и он играл с подружками моих «пажей».

Лисёнку бы понравилось! Меня часто посещали мысли о том, проявится ли в сыне магия, а во время беременности я даже переживала о том, что увижу на УЗИ.

— Жаль, Гордэр не видит, каким красивым ты родился, — прошептала едва слышно.

По щеке скатилась слеза и упала на ручку Лиса.

Малыш тут же скорчился и захныкал, будто ощутил мамину грусть, и я тут же запела колыбельную.