Иномирная няня для дракоши

А вот метаться внутри непробиваемой склянки и видеть свои страхи, существовать с ними, не имея возможности избавиться ни на миг – это как раз то, что надо! Алтарион запечатал этот сосуд, помещая его в тайник под святилищем своего племени, который никогда и никто не найдет, потому что он призывается только его хозяином.

Наше государство потихоньку процветало. Мы налаживали быт, каждый раз вводя что-то новенькое. Так к концу весны во всем государстве было пять ателье и семь кафетериев, которые всегда были заполнены под завязку.

Каждое утро по улицам плыл манящий запах свежеиспеченной сдобы и свежесваренного кофе. Драконы постепенно привыкали к изменениям, и это не могло не радовать. Мы решили пойти дальше и открыть подобие харчевни или таверны, которая опять же моментально стала популярной. На данный момент возводили второе здание, где можно было прийти и покушать мяса на углях и печеной картошечки со сливочным маслом и зеленью.

Ребятишки стали вести себя более смело. Они уже не шарахались в разные стороны от стражников, а наоборот, с важным видом следовали за ними, составляя компанию при обходе улиц.

Кстати, о детишках. На наше счастье, за полгода двенадцать дракайн узнали о своей беременности. Как мы и планировали, женщины сменили тяжелую работу на более легкую, вот вам и результат.

Тикунцы все чаще встречались на наших улицах. Мы не были против, наоборот, это лишь еще один повод задуматься над тем, кто ранее пытался выкрасть Лисоньку. Арахонт и Алтарион решили поставить магический контур по границам наших земель, и если незваный гость переступал его, они сразу узнавали об этом.

Уголь помог пережить суровую зиму, причем как нам, так и тикунцам. Арахонт поделился столь ценной и важной находкой. Как оказалось, расщелина тянулась на несколько километров вдоль всего леса, поэтому горючего камня даже на два государства хватит на несколько сотен лет. А с отопительной системой, которую только доделали, (ох и намучились же с ней мужчины), зима нам будет вообще не страшна.

Закрытое крыло, которое стояло нетронутым, открыли. Все помыли, привели в порядок, сделали новую мебель, ведь я все никак не могла успокоиться. В каждой комнате внесла свои изменения. Ремесленники с горящими глазами ходили за мной по пятам, записывая все, что я им говорю. Мне нравилось, что им интересны мои предложения, но больше всего нравилось то, что мои идеи постепенно переходили в дома жителей нашего государства и, как оказалось, к тикунцам.