Иномирная няня для дракоши

И когда оказалась в покоях Лисоньки, которая мирно сопела все в той же позе, в какой я ее и положила на кровать, облегченно выдохнула и попыталась привести свои мысли в порядок.

Мысли-то в порядок привести не такая уж и проблема. А что делать с чувствами, которые никак не давали покоя и, по ходу дела, уже никогда не дадут? Арахонт смог овладеть не только моим телом, что у него получилось просто великолепно, но и сердцем. Вот только проблема вся в том, что этот мужчина не мой и никогда им не будет.

Прилегла на край кровати, укутываясь в плед, и стоило только прикрыть глаза, как тут же уснула.

Разбудила меня маленькая чешуйка, которая ухватила мой локон волос, мусоля его и причмокивая. Наблюдая радость в глазах этой крохи, чувствовала, что все тревоги и печали отошли на задний план.

Зачем мучиться и страдать, если приезд жены Арахонта неизбежен? Буду жить, как живу, и ловить каждый момент, чтобы потом было хоть чем-то греть свое израненное сердце.

Совершив водные процедуры, мы быстренько сходили на кухню, позавтракали, не забывая проверить скисающее молоко, которое поставили на творог и сметану, и вернулись в покои Лисоньки разгребать кучу покупок из моего мира.

Новые комбинезончики, маечки, кофточки и штанишки, игрушки, как мягкие, так и развивающие, манеж, лошадка-качалка, себе кое-что из вещей, много мишуры и гирлянд, скатерти на столы, канцелярию, так как у меня была одна шальная идея… Я заказала только половину из всего того, что хотела.

Тихий стук в дверь, и вот в комнату влетает ураган по имени Листар, который, завидев меня, сидящую на полу и рядом копошащуюся Лисоньку, просиял белозубой улыбкой, тут же падая рядом с нами.

– Я так устал, так устал… – печально вздохнул мужчина, косясь в мою сторону. – Больше суток не спал, – тут же продолжил он, замечая, как я улыбаюсь от его хитрого спектакля. – Сейчас бы твоей кашки… – протянул он.

– Каша это, конечно, хорошо, но ты мужчина, мясо тебе нужно кушать, – улыбнулась шире, на раз раскусывая этого хитрюгу.

– Я рад, что ты заметила мою половую принадлежность, – буркнул герцог, поднимая с пола коробку с елочными шарами.