Как понять его и себя?
— Алиса, что-то не так? — голос магистра Арро звучал немного обеспокоенно.
Алиса вынырнула из своих мыслей и обратила внимание, что десерт с ее тарелки исчез, а она и не заметила, как все съела:
— Извините, задумалась. Все чудесно, спасибо."
"— Ну раз чудесно, и все закончили обед, тогда возвращаемся, — казалось, Себастиан спокойно принял ее ответ, но Алиса знала, что он замечает и запоминает абсолютно все детали, но конкретно сейчас она не хотела дополнительных расспросов.
Портал доставил утомленных впечатлениями и довольных девушек в комнату. Впереди их ждала учеба и спокойный вечер выходного дня.
Оставшиеся дни до бала прошли в учебе, которая давалась Алисе все легче. Не без помощи магистра Арро, разумеется. Она также приходила каждый день в его кабинет и выполняла задания, не стесняясь спросить неясные моменты, которые Себастиан ей с видимым удовольствием разъяснял. Нет, он не допускал никаких намеков, о чем Алиса даже немножко сожалела, но общение словно стало легче, и оба не скрывали, что беседа им нравится.
Академия была охвачена предвкушением, и гудела как растревоженный пчелиный улей. Куда бы не пошли девушки, они слышали разговоры о платьях, возможных парах, а также споры, не случится ли на балу какого-нибудь скандала. Преподаватели реагировали на возбужденных студентов по-разному. Преподаватель по танцам и этикету, чье имя Алиса до сих пор почему-то не запомнила, радовался ажиотажу и повышенной популярности своих занятий.
Суровый Кайл Адамс гонял их на физической подготовке, каждый раз напоминая, что если они его разочаруют, то он придумает, как организовать им бальный вечер в лазарете. Магистр Теодор Каллен жаловался, что в лазарете практически нет мест для настоящих больных, так как туда попадают жертвы интриг и пакостей, которые организовывают друг другу адептки перед балом, и адепты, падшие на провокации и защищающие гипотетическую честь своих дам.
В общем, жизнь в академии била ключом, и Алиса наблюдала за происходящим слегка отстраненно. В своем мире балов она, разумеется, не посещала, но регулярно проводимые студенческие вечеринки, на которых ей доводилось иногда былать, привили ей устойчиво-равнодушное отношение к создаваемому ажиотажу.
По утрам девушки стали находить на столе корзинку со сладостями, без записки.
