Иностранец на Мадейре

Религиозно-индустриальная революция

Через Канисал, что значит по-португальски «тростниковое поле», лежит единственная дорога к мысу Сан-Лоренсу, где уже нет никакого жилья, даже туалетов нет (как я однажды смог убедиться на печальном опыте). Есть только дикая природа в своем первозданном виде. И здесь действительно можно ощутить себя наедине с островом, особенно если решиться пройти (два часа в один конец) до самой оконечности мыса и по-новому увидеть и океан, и саму Мадейру, какой она открылась первооткрывателям.

Здесь почему-то всегда ветрено, растительность скупа и скромна, и все это вызывает неожиданные ассоциации с морским побережьем Норвегии. Но невозможно не почувствовать здесь исконность, натуральность, не ощутить некоторой берущей за душу затерянности в океане, среди жгучих морских ветров. Это как холодный душ, после которого, по контрасту, больше ценишь тепло.

В самом же Канисале в глаза бросаются элегантные домики: оранжевые, желтые, кирпичные, даже вдруг синие – красиво. Но посреди всего этого вдруг несколько совсем обшарпанных, вроде бы даже заброшенных строений, в которых, видно, давно никто и не живет… Парадоксальная картина, типичная, впрочем, не для одного только Канисала.

Тут же старая церковь – милая, уютная, с маленькой колоколенкой вверху справа. Как считают некоторые британские писатели, странным образом напоминающая лютеранскую кирху… Это церковь Святого Себастьяна, покровителя Канисала. За белой оградой – аккуратное маленькое кладбище…

А с одноименной площади имени все того же святого вдруг открывается шокирующий вид на новую, соборную церковь Канисала.

Она кажется гигантским монстром в сравнении со старой. Я как-то долго свыкался с ней, искал рациональное зерно. В конце концов решил, что и она не лишена своеобразной привлекательности… по крайней мере, я ничего подобного в жизни не видал.