Иностранец на Мадейре

Элегантные столики, архитектура и отделка в стиле артнуво, хрустальные люстры, лавирующие между столиками сноровистые, специально обученные официанты. Кофе, подающийся в дорогом фарфоре, сваренный строго по парижским рецептам, круассаны и прочее. Кафе надолго стало местом, в котором должен был регулярно появляться любой считающий себя принадлежащим к местному бомонду человек. Мадерьянская элита прозвала его «уголком мира». Имелось в виду, что если сядешь там за столиком, то «весь свет» пройдет мимо тебя.

Но – sic transit gloria mundi! – ныне «Золотые ворота» затерялись в современном, элегантном и изысканном центре Фуншала, столько здесь теперь замечательных кафе. Но все же, входя в него, сразу чувствуешь: это заведение – настоящее. Памятник. Ощущаешь присутствие истории. С балкона к тому же открывается великолепный вид на центр города, на муниципальный парк. Но качество кофе и, главное, соотношение цена – качество… Скажем так, ничего особенного.

Именно здесь, в «уголке мира», мы заседали на открытом воздухе с Чарльзом и его русской женой Татьяной после того, как они сделали недельные запасы органических продуктов. Они рассказывали нам о своей любви к Мадейре, а их лохматый друг Фред сидел под столиком и по очереди клал каждому из нас голову на колени, словно хотел подтвердить слова своих хозяев.

Эта англо-русская пара живет здесь уже шестнадцать лет и ни разу не пожалела, что променяла туманный Альбион на солнечную Мадейру. «В прошлом году я провел в Англии всего пару дней, – говорит Чарльз, – да и этого было слишком много».

«Это, без преувеличения, настоящий земной рай, место, подобного которому больше нет нигде», – вторит мужу Татьяна.

Итак, подведем итог. Самое мое любимое кафе – «О Театру», но это все же и для меня вариант парадный. Повседневный – это «Оскар», о котором я уже столько писал в главе «Восемнадцать имен кофе». Но это кафе – практически продолжение нашего дома. Если мы хотим слегка себя побаловать, то отправляемся в одно из двух «Сезаму» (в Фуншале в принципе есть и третье, но нам до него было неудобно добираться).