Онлайн-библиотека книг
Шестнадцать лет назад, когда мы начали наше жизненное путешествие на Мадейре, мы снимали квартиру в Calheta (деревенька на юго-западном побережье острова). И я только начала получать удовольствие от вождения машины здесь (после приличного опыта вождения в Москве), как у меня случилась авария – лобовое столкновение – моя машина оказалась на встречной полосе – нога сломана в четырех местах, рука в трех местах, короче, непередвигаема в 11 часов вечера, при этом Чарльз – в Лондоне и у меня на руках – маленькая собачонка.
И теперь представьте себе: в 2 часа ночи мои португальские соседи (молодая пара, которая говорила по-английски) забирают меня из госпиталя Фуншала, покупают необходимые лекарства ночью и доставляют меня домой буквально на руках (ибо нога и рука в гипсе). На следующее утро другая португальская пара (соседи, которые не владели английским, и я при этом – ноль в португальском) без единого слова пришли ухаживать за мной и моей собачонкой – еда, уборка квартиры, выгуливание собаки – три полных дня без единого СЛОВА – полных любви и заботы о человеке (и собаке!!!).
Андрей, этот эпизод в моей жизни на Мадейре я не забуду НИКОГДА! Местные жители – удивительные, добродушные, гостеприимные, жертвенные, и при этом с чувством высокого человеческого достоинства люди (это – остров!)».
Как видно, Таня считает, что все же островная жизнь накладывает на жителей особый отпечаток, причем, с ее точки зрения, это скорее достоинство, чем недостаток.
Глава 32. Оригиналы
Верно ли то, что островная жизнь порождает оригиналов и эксцентриков? Англия вроде бы служит доказательством того, что да, пожалуй что и верно. Но в какой мере это можно отнести к Мадейре? Русская молдаванка-португалка Ольга Григори, сама девушка очень необычная, познакомила меня со своим другом, принцем Ренату.
