— Может, прекратишь пудрить мозги, а лучше прямо скажешь, что тебе надо?
— Вот сколько мы ни старались, так и не смогли привить тебе простых навыков дипломатии, и в кого ты только такой пошел, — вещал Роген. Он вообще серьезно?
— Думаю, раскаиваться в этом поздно, а тебе лучше просто перейти к делу, — отрезал я, сейчас надо сосредоточиться и подумать, как вернуть Алису без потерь, а не слушать этот бред.
— Я, так уж и быть отдам, тебе аэропорт, а ты мне за это поможешь найти мою невесту, — выдавил из себя Роген, а я посмотрел на него, словно на умалишенного.
Он сейчас шутит?
— Я позволю тебе встать во главе клана, если ты не будешь сейчас мешаться под ногами, — отрезал, видя, как ко мне со всех ног уже спешат Амина и Амунтар.
— Стыковка через десять минут, — сообщила девушка, а мой секретарь безуспешно пытался что-то сделать на своем планшете.
— Нам так и не удалось связаться с кораблем, — наконец проронил он. Тонконогий не умел демонстрировать эмоции, но сейчас я четко чувствовал его напряжение.
Это очень плохо!
Как вообще можно не суметь связаться с кораблем? Они же не вымерли там все?
Воображение тут же нарисовало весьма душераздирающую картину, от которой у меня в буквальном смысле этого слова ноги подкосились, но я поторопился отбросить от себя этот бред. Этого не может быть, для управления звездолетом нужно как минимум одно живое создание, и это точно не может быть слизь посла.
Впрочем, если этим единственным выжившим окажется посол, то я его прикончу, и плевать, что это может стоить мне жизни и политического скандала размером с галактику!
Стыковка прошла успешно, и мы все замерли возле гейта.
Не знаю, как остальные, но я, кажется, даже забыл, как дышать.
Сквозь легкий дымок открывающегося люка соединения с гейтом начала медленно, но верно просачиваться слизь, а у меня защипало в глазах. Столько слизи, Алиса просто не могла выжить! Я убью этого эйнофрида!
Но внезапно дымка разошлась, и я увидел ее!
Алиса плыла, окруженная неизвестным мне свечением, и пела, ее волосы колыхались под действием магии, которую она распространяла вокруг.
Моя невеста была прекрасна и устрашающа одновременно, словно дикая валькирия, полная власти над смертью, она завораживала своей яростью и заставляла преклониться перед ее красотой и могуществом. Сейчас, именно в этот момент, казалось, что эта босая красавица владела не только моим сердцем, но и всем миром.
На мгновение наши глаза встретились, и ее лицо исказила гримаса боли.
