Конечно, если меня тут за половинку принимают, чтобы от наказания отмазать, то кто я такая, чтобы возражать? Просто постою рядом и скромно подожду, что дальше будет.
А вот на дракона та часть, что меня успокоила, произвела прямо противоположное впечатление. Начальник, видимо, решил, что Амина если и не оборзела, то белены объелась точно. Он угрюмо уставился на нее, желваки заходили, а виски начала покрывать чешуя красивого темно-зеленого цвета. Вообще, если опустить тот факт, что мужчина тут явно не от счастья зеленеет и чешуеет, то выглядел он красиво.
Этакий брутальный самец в гневе, сейчас встанет и всех разнесет, вот только разносить тут только меня да Амину, а учитывая ее зубы, то я вообще самым слабым звеном остаюсь.
— Это все? — прошипел Эйнард, явно сдерживаясь, а мне стало любопытно. У драконов при трансформации язык остается, как у людей, или становится, как у змей, с раздвоенным кончиком? Моя голова-энциклопедия быстро сообщила, что двойной. Так, теперь вопрос: как сильно надо допечь дракона, чтобы у него язык раздвоился, потому что этот ну вот уже прямо сейчас шипит.
К моему огромному сожалению, информации на эту тему не нашлось.
— Ну и, конечно, за выполнение такого тяжелого задания и обнаружение у вампиров запрещенной к перевозке синтетической крови мне и моей половинке положены дополнительные три часа СПА-процедур. — Я осторожно посмотрела на Амину. Она случайно не заболела? Нас тут чуть дракон не убивает, а она о СПА думает.
Эйнард медленно поднялся со стула, словно в замедленной сьемке, а я заметила, что чешуя уже перекочевала на щеки.
Мамочки! Он же явно на пределе и еле держится!"
"— Во-он! — заорал он так, что у меня волосы заколыхались, и на пару секунд даже показалось, что я полностью оглохла. Но, видимо, у моей подруги все-таки было побольше опыта общения с этим ненормальным, потому что она, не теряя ни секунды, просто схватила меня за руку и вытянула из кабинета.
— Ты зачем все это устроила? Совсем рехнулась? — прошипела я встревоженно, стоило нам только покинуть кабинет, и совершила попытку вырвать свою руку из тисков Амины, но она держала меня крепко.
— А тебе что, больше хотелось получить наказание? — Амина уставилась на меня, как на умалишенную.
— Так он бы не дал, сама же сказала, что нашей вины во всем этом не было. — Я совсем растерялась.
— Какая же ты наивная, — Амина тяжело вздохнула и потянула меня вперед, — пошли, я тебе все на пальцах объясню.
