Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

– В такую жару-то! Да меня на куски рубите, а я корсет сроду больше не надену! Да мой Тонги его порвёт скорее, чем станет из всего этого добра надетого меня выпутывать! Муженёк-то у меня нетерпеливый!

– Атурунга, ты глянь! Юбок-то под платьем – на три паруса хватит! Ну-ка, сымай, девонька!

– Вот радость-то, как капуста ходить! Ежели в баньку хотите, так сводим, но не на себе же её таскать! Давай, давай, лисичка! И колоски свои распусти, всю кожу перетянула! Ох, а цвет-то какой! С таким только золото и носить! Вот так красавицу себе Мохнатый привёз, а, Атурунга!

Дови беспрестанно хихикали, Магрета краснела, Мелли вопила, что она приличная дама и в простыни на голое тело заворачиваться не будет.

А на резонное замечание: «Потной, что ль, ходить будешь?», рявкнула, что дамы не потеют. Ещё возмущённым взглядом поискала сочувствия у хранительницы Устава Благородства. А я лишь пожала плечами. В чужой фаре со своим этикетом…

Магрету всё же заставили переодеться и даже возмущённая легкомысленными нарядами Имельда потом одобрительно кивнула.

Одеяния дови – папанги – были совсем простыми: длинные и широкие полосы ткани, хитро сшитые накрест. Они драпировались по фигуре, оплетая шею, но оставляя голыми ключицы, плечи и руки. На талии и под грудью ткань стягивали плетёные кожаные пояски, а свободные концы полотнищ хоть и спускались почти до пят, но при неосторожном движении иногда в разрезе мелькало белоснежное бедро.

И в такой струящейся светло-зелёной папанге, да ещё с распущенными медными волосами, я Магрету не узнала.

Будто и глаза ярче стали, и сама она распрямилась, сбросив с себя всё лишнее. А я вдруг остро ощутила собственное жёсткое бюстье, тугую шнуровку и тяжесть нижних юбок. Даже лёгкая зависть взяла.

Но… Это пусть Магрета привыкает к местным обычаям. А мы здесь только гости. За несколько часов плавания она ни разу не усомнилась в своём решении, только ежеминутно косилась на лодку с Эхрой, а тот отвечал ей нежным взглядом.

– А маменьке я большое письмо оставила. Вот и пусть меня пропащей считает! А я… ну… Тесса Аурелия, ну вот душа же поёт! И без музыки даже! Тоже, наверное, меня легкомысленной считаете? А я вот Иде верю – раз с собой дэвр забрал, то это по серьёзному всё, теперь уж не бросит… Жаль, она на другом острове. Госпожа Ризе… Я же… я же не сглупила? Вот так поверила, а мы ведь даже не говорили толком… Но как он пишет, тесса Аурелия!..