Между транзакциями камера не работала, а в маленьком мэнском городке Миллинокет это означало, что обычно она не работала всю ночь, пока часов в шесть утра не появлялись первые клиенты. На фрагменте, который они просматривали, стояло время 5:18. К банкомату подошли пятеро. У четверых рубашки закрывали нос и рот – как маски у бандитов в старых вестернах. Пятый надвинул на глаза сувенирную бейсболку с надписью «МЭН ПЕЙПЕР ИНДАСТРИЗ».
– Это же дети!
Сандра кивнула.
– Ну да, на карликов вроде не похожи. Смотрите дальше, мистер Стернс.
Дети взялись за руки и составили круг. По экрану побежала рябь, как от помех. Потом из банкомата посыпались деньги, словно из игрового автомата в казино.
– Что за черт?
Сандра мотнула головой.
– Не знаю, что за черт, но они сняли две тысячи долларов, а банкомат не должен выдавать более восьмисот. Он так настроен. Наверное, надо кому-то позвонить, только не соображу кому.
Стернс не ответил. Он зачарованно смотрел, как маленькие бандиты – по виду даже не старшеклассники – забирают деньги.
Потом они исчезли.
Шепелявый
1Прохладным октябрьским утром месяца три спустя Тим Джемисон шагал от места под названием «Ферма Катавба-Хилл» к Южно-каролинскому шоссе 12-А. Путь был неблизкий – почти полмили. Еще немного, шутил Тим в разговорах с Венди, и пришлось бы назвать их подъездную дорогу Южно-каролинским шоссе 12-В. На Тиме были потертые джинсы, грязные ботинки «Джорджия джайнт» и огромный свитшот, закрывавший бедра, – подарок от Люка, заказанный через Интернет.
Спереди сияли большие золотые буквы: «АВЕСТЕР». Тим никогда не видел Авери Диксона, но свитшот носил с благодарностью. Лицо Тима покрывал густой загар. На ферме «Катавба» уже лет десять ничего не выращивали, зато за амбаром сохранился акр сада, и сейчас как раз наступило время собирать урожай.
Он дошел до почтового ящика, повернул ключ, начал перебирать рекламный мусор (в последние годы люди совсем перестали получать настоящую почту) и внезапно замер.
Желудок, до того совершенно здоровый, свело. По дороге подъехала машина, сбавила скорость и остановилась. Ничего особенного в ней не было, просто «шевроле-малибу» в рыжей дорожной пыли, с дохлыми насекомыми на решетке радиатора. Это были не соседи, их машины Тим знал. Может, коммивояжер или просто заблудившийся путник хочет спросить дорогу? Нет. Чутье его не обманывало. Неизвестно, кто за рулем, но Тим чувствовал, что ждал этого человека. И вот дождался.
