— На месте, — сказал один из троих пассажиров «мазды», кивком указывая на сиротливо приткнувшиеся у обочины зеленые «жигули» с залепленными грязью номерами. На сером от пыли борту какой-то доморощенный юморист с большим старанием вывел: «ТАНКИ ГРЯЗИ НЕ БОЯТСЯ!»
— Куда ж он денется с подводной лодки! — хохотнул второй.
— Не нравится мне это, — сказал третий, обводя взглядом площадь. — Куда он, в самом деле, девался-то? Лысый где?
Теперь начали осматриваться все трое.
— Да вон он, Лысый, — заметил, наконец, один и широко осклабился, блеснув золотой коронкой в правом углу рта.
— Явился — не запылился.
Тот, кого называли Лысым, издали помахивая рукой, появился на выщербленных ступеньках, которые вели в полуподвальное помещение. Над этой норой была укреплена полинявшая от дождей и солнца вывеска, которая сообщала, что в полуподвале расположено одно из тех местечек, куда аборигены приходят на водопой, а именно — пивной бар «Парус». Из ближайшей подворотни так разило аммиаком, что запах чувствовался даже на противоположном конце площади, не оставляя ни малейшего сомнения в том, где завсегдатаи «Паруса» избавляются от излишков потребленной влаги.
— Там он, — сообщил Лысый подходя, — в пивнухе. Притомился, надо думать.
— Странно, — сказал тот, что казался постарше, задумчиво трогая интеллигентного вида бородку, обрамлявшую его худое лицо с мелкими лисьими чертами. — До Москвы еще триста верст с гаком, а он — в пивнуху. Он вроде торопился. Тебе это не странно, Лысый?
— Отстань, Серый, — ощерился тот.
— Чего ты привязался, как мент: странно не странно, торопился — не торопился… Я почем знаю, странно или не странно. Мое дело телячье, вы меня высадили, сказали: следи. Я и следил. Вон он, фраер ваш, в пивняке сидит, чего тебе еще?
— Я тебе, козел, не Серый, а Сергей Анатольевич, — рассеянно заметил старший, продолжая задумчиво теребить бородку. — Зачем же ему, гаду, в пивнуху приспичило? Может, у него там стрелка?
— Очень даже может быть, — поддакнул фиксатый.
— Рандеву, так сказать. Скинет, чего он там везет, и — гуляй, Вася. А что он, кстати, везет-то?
— А хрен его знает, — с досадой сказал старший. — У них ведь в простоте ни слова, все тайны. Ну да, наше дело маленькое. Работу сделаем, а там хоть трава не расти. Лысый и Митяй, ну-ка, гляньте, один он там?
— Чего там глядеть, — сказал Лысый. — Мужик с ним какой-то. На «опеле» приехал — вон на том, серебристом.
— Точно, стрелка! — воскликнул фиксатый Митяй.
