Скривила к левому уху, ну да так даже милее смотрится. Главное волосы во все стороны не торчат, а то мама всегда смеялась, что я с фиолетовыми волосами и так-то на ведьму похожа, а уж растрепанная и вовсе на самую настоящую бабу-ягу. Эх, мама...
Я тряхнула головой, сердито прогоняя непрошенные сейчас мысли, и вышла из каюты. В пультогостиной даже отсюда ощущалось шевеление. Набрав в грудь побольше воздуха, я шагнула вперед и закашлялась. Все немедленно обернулись ко мне. Выкашляв весь не пошедший впрок воздух, я подошла к столу и, натянуто улыбаясь, внесла в трапезу свой вклад.
- Конфеты, - сказала я, чтобы просто не молчать. - Свеженькие. Были. В 2014. Ох, давно у них срок годности прошел, давно-о.
Первым не выдержал Теодор. Расхохотавшись, он сказал что-то о том, что он смелый и рискнет испробовать эти доисторические конфетки. Полина, хихикая, согласилась с ним, что подобный деликатес нигде не достать и грех упускать такую возможность. А вот Станислав Федотович напомнил про какие-то огурцы и их последствия, после чего смех стал еще веселее, но и взгляды, бросаемые на конфеты, подозрительнее.
Решив не уточнять вопрос с огурцами, я поскорее присела за стол, дабы не попасть в неловкую ситуацию снова.
- Ш-ш-ш, - раздалось со стула, на который я собиралась сесть. Резко развернувшись, я успела заметить только хвост, юркнувший под стол.
- Это Котька, - тут же сообщила Полина. - Наша кошка. Она такая прелесть!
- У вас на корабле кошка? - удивилась я.
Дэн исправно работал переводчиком, чтобы всем по очереди не приходилось жестикулировать. Особенно зловеще это бы выглядело от последнего увиденного мною члена экипажа. Михалыч в представлении явно не нуждался, его пятнистый комбинезон говорил о нем больше пространного досье.
- Ты не любишь кошек?
- Да нет, почему же, люблю. Просто не ожидала на космическом корабле живность увидеть. Разве тут можно?
- А почему нет? - пожала плечами Полина. - Замкнутое пространство, почему бы не скрасить его животными?
Я заметила, что остальные скромно молчат и прячут глаза.
Тут я вспомнила любовь Полины ко всякого рода страшилищам и забеспокоилась, что же это за Котька, но спрашивать было как-то неудобно. Полина ей исключительно восторгалась, а остальные не комментировали. Капитан впрочем, почти сразу спохватился и, напомнив о еде, сам подал пример. Я смотрела на свой контейнер со смешанным чувством.
