Напрямую с ними я не контактировал, открыто светиться мне совершенно не хотелось, и я договорился со своими помощниками, что их будут собирать группами, в количестве не более 50 человек в каждой, приводить на Красную площадь под прикрытием проведения экскурсий. Встречи назначались у памятника Минину и Пожарскому.
Когда группа собиралась, для них проводили перекличку, во время которой я к каждому эксперту прикреплял именную метку. Эти метки, привязанные не только к ауре человека, но и к его фамилии и специальности, экспертом которой он являлся.
Соответствующие списки экспертов предоставляли мне мои помощники, Щербаков и Клюев. Они отправляли их моему личному секретарю, Еве Ропацкой, а та клала их на мой стол, в отдельных папках, рассортировав их предварительно по профессиям.
Такие метки позволяли мне собирать нужных мне экспертов в отдельные группы в соответствии с их специальностями.
А пока, я всем собравшимся на Красной площади, независимо от их специальностей, после переклички ставил ПНМ.
На этом первый этап работы с экспертами заканчивался.
В течение первых же суток установленная им программа настройки мозга проводила структуризацию и систематизацию всех их знаний, умений и навыков, что значительно облегчало работу с их памятью. Практика показала, что лучшие результаты копирования памяти получаются, если проводить его не раньше, чем через три дня после установки ПНМ. Дальнейшее увеличение этого перерыва каких-либо улучшений уже не давало.
Местонахождение наших подопечных на процесс копирования никак не влияло.
Инфоканал между мной и экспертами устанавливался ещё при передаче ПНМ и при желании с моей стороны мог сохраняться достаточно долго.
С помощниками у меня была договорённость, что, если какому-нибудь эксперту требовалась медицинская помощь, то мне об этом сообщалось дополнительно. С такими людьми я, после установки им ПНМ работал отдельно. Уточнял диагноз и при необходимости проводил исцеление. Эксперты, особенно заводские, как правило, были людьми пожилыми, поэтому в лечении нуждались практически все.
Всю последующую работу после копирования памяти выполнял Ян, мой искин. Именно на него возлагалось изготовление учебных баз. Я тоже научился их составлять, но у меня уходило на это значительно больше времени, чем у Яна, несмотря на то, что оба мы пользовались одним и тем же ресурсом — моим мозгом.
При необходимости Ян мог работать круглосуточно и в ускоренном режиме.
