Она предложила мне кусочек хлеба, но я еще не успела проголодаться после бутерброда и отказалась.
— Точно, не хочешь? — приставала она, ощупывая взглядом мои груди, которые, хоть и не величиной с арбуз каждая, но тоже ничего себе. — Ты что, на диете?
Я сделала такое лицо, будто у меня все внутри стонет от боли, и прижала дрожащую руку к животу.
— С желудком что-то не так, — пожаловалась я, и губы мои задрожали, словно я собиралась расплакаться. — Месяц назад была у врача, и мне поставили диагноз. Кишки ничего не держат, протеин не переваривается вообще, съем что-нибудь мучное — выскакивает мгновенно.
— Боже... не может быть. Правда?
Я заговорщически нагнулась к ней через стол.
— Но хуже всего — понос и газы, — перешла я на шепот, потому что пришли остальные и уже усаживались за стол. — Ты просто представить не можешь, как это ужасно. Как тебе повезло, что у тебя этого нет. Какое счастье ходить с нормальными бедрами.
Так что до конца обеда пришлось мне щипать тушеную рыбку и какой-то ужасный салат, но это стоило того: в течение всего часа она вообще не притронулась к еде и молчала, как рыба.
Да, я умею быть благодарной и всегда помню добро.
mardi, le 30 mars
Клиент сидел на мне верхом и яростно дергал надо мной свой член.
— Сейчас кончу тебе прямо в лицо, — повторял он. За последние десять минут он, рыча, произнес эти слова уже в шестой раз, словно пытался убедить в этом самого себя.
И больше ничего, только эти слова: «Сейчас кончу тебе прямо в лицо». Для меня — вообще никаких ни указаний, ни просьб, ни пожеланий, хотя сама я трудилась вовсю: играла грудями и сосками, запускала пальцы себе между ног и потом облизывала их, надеясь, что мои фокусы хоть как-то помогут ему.
Перед самой встречей мне сообщили только место и время, а также пожелание: как можно больше макияжа.
Нет, все мои старания, похоже, не помогали. Он смотрел не на меня, а на стену. Несколько раз его яростная рука замедляла свое возвратно-поступательное движение, и он наклонялся и приникал к моим губам.
Член его становился мягким, я снова брала его в рот и усердно работала губами и языком. Он так и не посмотрел мне в глаза, ни разу. Потом снова принимался отчаянно мастурбировать. И повторял, как заклинание: «Сейчас я кончу тебе прямо в лицо». Я эротически извивалась на простынях, я стонала, изображая полный экстаз. Никакой реакции. Я приподняла голову и облизала у него между ног. И снова никакой реакции.
Прошло полчаса, а он все никак не мог кончить.
