Ему этого очень хотелось, а я не вполне была уверена, что мне тоже хочется. С тех пор, когда тот первый, подросток, попытался вывернуть меня наизнанку, много воды утекло, но я все еще помнила эту острую боль, словно тебя наждаком скребанули. Но Н. был опытен, он знал, где нужно пальцы слегка согнуть, как надо правильно просовывать руку, чтобы весь кулак целиком оказался внутри. К несчастью, у Н. оказалась такая лапа, которой он мог бы обхватить мне талию. Прежняя его подружка засовывала себе его кулак много раз, и нередко как раз в то время, когда он дрючил ее в задницу.
Вдобавок она была ростом где-то метр восемьдесят, а то и больше, и весила вдвое больше меня. Мы с ним пробовали, много раз пробовали, но что-то получалось не так, как хотелось бы. Чтоб расширить отверстие, я применяла самые разные штуки: овощи, искусственные члены, фонарик. Никакого успеха.
Третий раз: моя рука проникает туда, куда еще не проникала ничья рука. А именно, я засовываю кулак в женщину, которая говорит по телефону со своим дружком на другом конце провода в Италии.
Он платит мне за то, что в течение часа я довожу ее до оргазма как можно больше раз. Кроме того, в тот день я делаю открытие: вытаскивая кулак обратно, надо обязательно сделать щелку и впустить туда воздух, чтоб нарушить внутренний вакуум, иначе руку снова туда засосет.
Четвертый раз: однажды ночью с клиентом. Еще одно открытие: моя собственная тонкая и изящная ручка вполне успешно туда проникает. Не очень удобно, конечно, приходится неловко ее изгибать, но, тем не менее, все получается.
И в конце концов я приладилась делать это так, что лучше и не надо. И только тогда я поняла, что фокус заключается не в том, чтобы запустить руку туда, а в том, черт побери, чтобы вытащить ее оттуда.
Придя домой, я сразу же позвонила моему Мальчику, чтобы сообщить ему все, что я узнала этой ночью про все эти дела с кулаком. Я не стала говорить, что открытие произошло в то время, когда я была с клиентом.
— Ты можешь сделать это прямо сейчас? — спросил он.
— Можно, конечно, попробовать, — ответила я. Я уже лежала в постели, и на мне была пижама. А сверху еще и одеяло. — Правда, я уже почти засыпаю.
— А-а, — произнес он. Потом наступило молчание. — Тогда хоть просто расскажи, как это было, хорошо?
— Ну что ж делать, можно и рассказать.
— А потом покажешь, ладно? Когда встретимся в следующий раз.
— Ну конечно, все, что попросишь, любимый. Приезжай, бери меня, как тебе только захочется.
