Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

— С чего вы вообще решили, что я буду вас трахать? — сухо спросил я.

Маленькая ложечка проскрипела по разломанному панцирю. Собрав остатки, Ида отправила содержимое себе в рот и скривилась, будто проглотила слизь.

— А вообще не очень приятный… И что в нем особенного? — она оттолкнула от себя тарелку с истерзанным крабом. — Может, у него член огромный?

— Обычный, — Волчица наколола на вилку еще один пластик сырого мяса. — Я с ним трахалась.

— Ну может, тогда трахается хорошо? — не унималась ее коллега.

— Обычно, — лениво отозвалась Волчица. — Он вообще весь обычный с головы до ног.

В их интонациях не было ни капли интереса — они будто перечисляли набор качеств, обсуждая меня как вибратор из каталога перед покупкой.

— Ну обычные лучшими не становятся, — Виви сделала глоток мутной красной жижи из своего бокала. — Значит, есть в нем что-то. Хоть с виду и не скажешь…

— А если ему просто повезло? — Волчица отправила мясо в рот. — Сейчас же везет, а он, дурачок, не понимает…

С каждой их фразой я все больше чувствовал себя Алисой, попавшей на безумное чаепитие.

Правда, вместо чая тут пили черт пойми что. Пора уже выбираться из этой Страны Чудес.

В комнате мгновенно повисла тишина, а затем вилка со звоном упала на тарелку.

— А чем это ненормально? — холодно спросила Волчица.

— Ты что, нас не хочешь? — Ида игриво надула губки. — Мы что, тебе не нравимся?

Их хозяйка молча прищурилась. На меня словно смотрели три хищницы из полумрака, отслеживая каждый мой жест.

Чем дольше я препирался, тем сильнее жег медальон на груди, даже несмотря на все показное безразличие их интонаций. Казалось, они в любой момент были способны наброситься и уволочь меня за собой. Красное покрывало на кровати уже напоминало огромную лужу крови, где мне не особо хотелось очутиться.

— Ну вообще-то да, — ответил я, — не нравитесь.

— И чем? — тут же спросила Виви.

Ее голос прозвучал абсолютно спокойно — так же спокойно, как опытный охотник ставит капкан. Время в комнате будто застыло.

Три пары глаз все глубже впивались в меня, подгоняя с ответом. Предложи они просто потрахаться, я, возможно, и согласился бы — но меня тут явно хотели поиметь. Уже то, как все это подавалось, само по себе было унизительно.

Она вытянула из кармана мятую пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, затянулась — так глубоко, словно кончила от собственных слов.

— Жизнь — сука, — бросила Виви, постукивая фиолетовыми ногтями по столу, — поэтому и я тоже.