Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

Мои девчонки немного устало откинулись на обивку дивана — после всего им явно была нужна передышка. На сцену, широко улыбаясь, вышла Ида — в обтягивающем черном латексном костюме. Казалось, я даже со своего места слышал, как он поскрипывал.

— Звали меня в этот клуб петь, — Лера снова взялась за кальян, — но это все равно что делать саунд для порно. Деньги деньгами, но должно же быть самоуважение…

По сцене заклубился дым, и прямо из него навстречу зрителям выпорхнули пять фигуристых девчонок. Все в латексе, как и сама Ида, в высоких черных сапогах с огромными каблуками и с кожаными БДСМ-масками на лицах.

Девушки вокруг нее начали двигаться, не столько танцуя, сколько хвалясь пластикой, показывая, как обалденно их фигурки смотрятся в этих узких черных костюмах. Это было нечто среднее между прелюдией к стриптизу и ритмичными движениями заводной секс-куклы.

Сама Ида в высоких сапогах грациозно вышагивала по сцене, пританцовывая, приподнимая ноги — и при этом немного похрамывая, что чуть сбивало ритм.

Оторвавшись от микрофона, Ида начала извиваться вместе со своей подтанцовкой. Лучи прожекторов, бегая по черному латексу, бесстыдно подчеркивали каждый изгиб ее тела. Хотел бы я сказать, что это было секси — но прихрамывания в латексе смотрелись комично. Возможно, меня даже немного радовало, что она прихрамывала — нечего подставлять зад кому попало.

Хотя, надо признать, мелодия была весьма не плохой — отлично подходящей для более приватных танцев в комнатах этого клуба.

— Ну что, Казанова, — Лера выпустила очередную струйку в воздух, — кого выбираешь? Нас или их? — трубка кальяна плавно обвела сидящих рядом Сашу и Майю.

Тут же четыре пары глаз цепко впились в меня. И как так вышло, что крайним опять оказался я?

— И что, — с нажимом произнесла Саша, — ты реально еще и думаешь?

— Эй, номер один, — фыркнула Лера, — не дави на него! Это неспортивно…

Алгон рядом с ней иронично хмыкнула.

— Может, ему просто нужен второй раунд?

Бит мелодии на сцене становился все агрессивнее и все сильнее стучал по мозгам. Пальцы Майи все яростнее вращали тонкую змейку на запястье — вот-вот на коже останутся следы. Четыре пары глаз все решительнее протыкали меня насквозь.