Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

Девчонка с платиновыми волосами, которая всю песню выступала в центре, подхватила его и выразительно покачала головой.

— Нет, не “Миссия”, - коварно улыбнувшись, протянула она.

Демонстративно нырнув пальцами к себе в декольте, она достала оттуда сложенный в несколько раз листок и протянула стоящей рядом брюнетке. Пока та неспешно разворачивала, толпа озадаченно притихла — никто не понимал, что происходит.

— Ле-ра… — прочитала брюнетка так, будто видела это имя впервые, и протянула бумажку третьей.

Золотые кудри качнулись в воздухе, и последняя участница группы перехватила листок.

— С песней… — произнесла она и сосредоточенно впилась глазами в этот злосчастный клочок.

Тянуло на отлично поставленное шоу — словно им сложно было запомнить имя и название песни выступающего после них исполнителя. Такого троллинга я еще не видел.

— На грани, — наконец прочитала третья. — Встречайте…

Больше не издав ни звука, они синхронно развернулись и ушли, прежде чем Лера успела выйти на сцену. Разочарованный вздох толпы проводил их и встретил ее.

Ну что сказать, эта “жалкая подтанцовка”, которая должна была разогреть зал для нее, круто ее подставила.

Под жидкие аплодисменты Лера быстрым шагом подошла к микрофону. Сейчас она была еще более напряженной и нервной, чем в гримерке, но теперь добавилось еще и раздражение от такого начала. Снимавший концерт оператор выхватил крупным планом ее лицо, донеся эти эмоции до всего зала. Сцена будто была ареной, куда она вышла сражаться, а вся толпа — врагом.

— Ты как хочешь, — бросил мой сосед своему другу, — а мне в туалет надо…

Под первые звуки мелодии, совсем не такой заводной, как у “Миссии”, он направился к выходу, пробивая себе путь локтями — и ведь не один он.

То тут, то там, мешая сосредоточиться на песне, раздавались шорохи и топот — люди выходили, словно приняв ее выступление за музыкальную паузу. Мне даже стало ее жаль.

В отличие от “Миссии”, чья песня напоминала безупречно отрепетированное визуальное порно, Лера искренне давала эмоции. Пытаясь превзойти их, она танцем и голосом буквально выворачивала себя наизнанку, пела так, будто от этого выступления зависела ее жизнь.

Вот только ее эмоции хотел разделять далеко не весь зал. В двух словах, она пела, как ей паршиво. Совсем не то, что нужно толпе после горячего шоу, которое устроили ее конкурентки.

Камера, бешено носившаяся по сцене во время прошлого номера, сейчас еле двигалась — видимо, оператор слишком утомился на “Миссии” и на Лере решил отдохнуть.