Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

Парень отвернулся к сменяющимся циферкам этажей, а пылающие пламенем глаза теперь застыли на мне, словно пытаясь поджечь.

— И зачем ты сюда приперся? — вслух спросила Би. — Я тебя об этом не просила!

Рядом раздался едкий смешок, но лицом к нам этот лакей не повернулся. Лера напряженно поджала губы и опустила глаза.

— Вообще-то, — с легкой досадой отозвался я, — я не один.

— Уходи из этой помойки, — выдала Би. — Тебе тут делать нечего!

Ну надо же, что-то новенькое: обычно она без особых колебаний втаскивала меня в проблемы, а не ограждала от них.

Да и, глядя на сверкающий лифт, я бы не назвал это место помойкой.

На светящемся табло загорелся последний этаж, и с легким звоном двери распахнулись. Однако выход оказался перегорожен — по ту сторону, сцепив руки на груди, стояла женщина лет тридцати на вид, в стильном деловом костюме, с пепельными волосами и жестким расчетливым взглядом, словно ставящим на тебя ценник. Настоящая бизнес-вумен, чьи глаза напоминали окошки калькуляторов. Правда, сейчас в этих окошках пылало пламя, в самом центре которого отражалась Би.

— Какого дьявола ты притащилась в мой отель? — сердито выдохнула незнакомка.

— Приехали, — констатировал этот лакей и показал в сторону раскрытых дверей, как бы намекая нам выметаться из лифта. — Приятного вечера.

Ухо обожгло Лерино дыхание.

— Я попозже тебя найду…

Стараясь не встречаться глазами ни с Би, ни с незнакомкой, она ловко выскользнула из лифта и зацокала каблуками вперед по коридору, явно торопясь убежать как можно скорее.

Би неторопливо шагнула прямо навстречу хозяйке отеля, и я вышел следом, подмечая их удивительное сходство, которое, казалось, становилось ярче с каждым мгновением. В профиль они были как близнецы, различаясь лишь цветом волос — белоснежным против пепельного — и выражением глаз — дерзким против расчетливого.

За спиной закрылись двери, и лифт поехал вниз.

— Я тоже рада тебя видеть, Мами, — натянуто спокойно сказала Би.

— Ты хоть кого-то кроме себя слышишь? — поморщилась та. — Я не рада тебя видеть! С твоей стороны прийти сюда наглость, а привести своего фамильяра, — ее рука брезгливо, словно стряхивая пыль, махнула в мою сторону, — двойная наглость!

— Ну выстави меня, — небрежно бросила Би, — если сможешь!

— Даже не думай, — отчеканила эта Мами, — что вам тут что-то перепадет!

Усмехнувшись, Би неспешно, будто осваиваясь, оглядела бархатную дорожку на полу и завешанные картинами стенам.

Как и в лобби, обстановка в коридоре была дорогой и роскошной.