Иным путем

Больше до самого мая сорок пятого года никаких боевых действий на территории Дании не велось. После Потсдамской конференции Держав-победителей летом сорок пятого года Дания отошла в англо-американскую зону влияния, где и остается по сей день, являясь членом Европейского Союза и Северо-Атлантического альянса. Глубоко провинциальная страна, которая тем не менее имеет достаточно сильную экономику и развитые финансы.

– Спасибо, Ирина, – кивнула вдовствующая императрица, – вы меня успокоили. Можно сказать – почти рай не земле.

Ирина Андреева покачала головой.

– Это не совсем так, ваше императорское величество, – сказала она. – Ведь и этот рай по одному слову из Вашингтона может обернуться самым настоящим адом. В последнее время там избирают себе все более и более безумных президентов. Дошло до того, что на два последних срока в Белом доме обосновался самый настоящий негр, плод внебрачной связи выходца из Кении и распутной американской девицы. Но не будем больше об этом, ваше величество. Надеюсь, что ТАМ Россия в очередной раз справится с опасностью для мира.

– Думаю, вы правы, Ирина, – кивнула Мария Федоровна, – не будем больше об этом. Теперь расскажите нам с Машенькой, какая судьба ожидала бы ее родную Японию.

– Да, Ирина-сан, расскажите, – кивнула Мария-Масако, – мне тоже очень и очень интересно.

– Видите ли, ваше императорское величество и ваше императорское высочество, судьба Японии была более страшной, чем судьба Дании. Да и сами японцы, раздвинувшие сферу своего колониального влияния на половину Азиатско-Тихоокеанского региона, успели немало покуражиться над соседями, прежде чем поколению моих дедов удалось поставить их на место.

Извини, Мария, но в Китае, Корее, во Вьетнаме, в Малайзии и Индонезии твои соотечественники оставили о себе очень недобрую память. Ну и расплата за содеянное тоже не заставила себя ждать. Американская авиация – я рассказывала тебе о самолетах – жестоко бомбила японские города, десятками тысяч убивая мирных обывателей.

Вдовствующая императрица в ужасе прижала ладони к вискам.

– Боже мой, какой кошмар! – сказала она. – Неужели такое было возможно в наше цивилизованное время?

– Очень даже возможно, – ответила Ирина, – ростки этой мерзости уже сейчас видны в так называемой мировой политике.