Иным путем

Кайзер помнил, что румынским королевством правил Кароль I, в молодости носивший имя Карла Эйтеля Фридриха Людвига фон Гогенцоллерн-Зигмарингена. Отцом румынского монарха был князь Карл-Антон Гогенцоллерн-Зигмаринен, бывший одно время министром-президентом Прусского королевства. Румынский король закончил военную академию в Берлине, был прусским офицером и участвовал в войне с Данией в 1864 году.

Но Румыния во многом зависела от своих соседей. А также от государств, предоставивших ей кредиты, по которым следовало расплачиваться.

Одним из таких государств была Франция, которая могла заставить Румынию отказать Германии в поставках нефти.

Ну и, конечно, Россия – страна, у которой были Бакинские нефтепромыслы, дававшие прекрасную и дешевую нефть. Идея совместного русско-германского трансъевропейского нефтепровода, о которой было доложено кайзеру, очень понравилась Вильгельму. Ну, любил германский император всё монументальное…

Нефтепровод с поэтическим названием «Дружба», конечно, стоил бы немалых денег, и строительство его продолжалось бы не один год.

Но, с другой стороны, ведь построили же русские всего за восемь лет трансконтинентальную железную дорогу протяженностью более десяти тысяч километров. Проект выглядел экономически взвешенным и сулящим всем его участникам немалые барыши.

Бурно развивающаяся германская экономика с каждым днем будет требовать все больше и больше нефти. Кайзер подозревал, что стоит германским промышленникам войти во вкус нефтяного бизнеса, как потребление этого ресурса возрастет в десятки, если не в сотни раз.

Адмирал Тирпиц уже ставил перед кайзером вопрос о переводе строящихся крупных германских кораблей на жидкое топливо. Еще немного, и уголь станет уделом домашних каминов и городских электростанций. Даже с железной дороги его грозит вытеснить ныне почти бесполезный газолин. Так что для Германии оборотной стороной медали являлась нарождающаяся нефтяная зависимость от России, из-за которой разрыв или даже просто осложнение отношений с Петербургом могли стать для немецкой промышленности экономическим самоубийством.

А значит, решили в Берлине, российским поставкам заранее надо было искать достойную альтернативу.

Именно поэтому Голландская Ост-Индия как раз и стала для Германской империи тем лакомым куском, который кайзеру так захотелось присвоить. Путь обычной экономической экспансии для германского капитала в голландских колониях был закрыт, поскольку на их территории мог действовать только голландский капитал.