Он так устал, что даже хорошей остроты не мог придумать.
— Так, парни. Возвращайтесь к выходу, — приказал я. — Ждите меня у лагеря, вернусь через несколько часов. Путь обратно должен быть безопасным, а если вдруг что…
— Я их пристрелю, — самодовольно заявил Иван.
— Ага, — кивнул я. — Шагом марш, короче!
Парни с радостью принялись выполнять приказ, а я направился вглубь Истока.
Судя по всему, у меня хватит сил закончить работу самостоятельно. Будет неприятно, но вполне выполнимо. Тем более этот Исток не слишком большой, просто находится неподалёку от одного из армейских постов.
Пробираясь через редких ёкаев, я добрался до главной жилы.
Магия плотным полем легла на мои плечи, пришлось дать себе время привыкнуть к обстановке. Но это оказалось куда легче, чем я ожидал. Видимо, сказалось такое долгое нахождение в заражённых рудниках. Тёмная магия уже циркулировала во мне как и алая, хотя я старался не давать ей слишком много места. Всё же привкус бензина до сих пор казался жутко неприятным.
Сел.
Сосредоточился.
"
"Начал прогонять через себя тёмную магию, чувствуя, как она всё сильнее «липнет» к моим магическим точкам. Чем больше я имел с ней дело, тем больше привыкал. Но никаких конкретных отрицательных эффектов, кроме привкуса, пока не ощущалось.
Я вспомнил, как впервые вошёл в глубины Истока, чтобы прочувствовать магию. Тогда она заполонила мой организм, пронзала каждую клетку. Магия стала такой всеобъемлющей, что привкус просто исчез. А что если позволить скверне то же самое?
С этой дурной мыслью я принялся поглощать тёмную магию.
Не просто, чтобы привыкнуть к ней или очистить, а стремясь полностью принять.
Не знаю, сколько прошло времени. Но в какой-то момент понял, что привкуса нет, а во мне ровными потоками циркулирует та самая скверна.
Я чувствовал прилив сил, но разум ещё был слегка затуманен, когда я очнулся. Всё же эта магия действовала немного иначе, и с непривычки в голове несколько секунд оставалась каша. Поэтому рожа тёмного ёкая перед моим лицом поначалу не вызвала никакой реакции.
— Вот зараза! — вскочил я, хватаясь за оружие.
Но вдруг раздался странный звонкий голос:
— Не стоит! Он не тронет тебя. Ты уже поглотил достаточно моей энергии, чтобы он принял тебя за своего.
Если какой-то странный голос в таком месте, где никого не должно быть, говорит тебе не беспокоиться, это вызывает охренеть какое беспокойство! Поэтому я встал в боевую стойку с мечом и пистолетом наготове. Но ёкай действительно не двинулся с места.
