Вход сюда завешан чем-то вроде занавески до пола, край которой зацепился за спинку стула, и теперь мне была видна часть соседней комнаты. Везде чисто, полы выскоблены и застелены домоткаными половиками. На стене напротив видны несколько фотографий. Что на них, разобрать сложно, но, похоже, что на одной человек в военной форме. А вообще ситуация напомнила мне то, как я впервые очнулся в этом времени. Тоже девушка, маленькая комнатка. Правда, в прошлый раз на стенах и потолке еще и электрические провода были, а тут их нет.
Где-то послышались тяжелые шаги, затем раздался звук открывшейся входной двери.
— Не части, Анна, — сильный мужской голос, казалось, заполнил все свободное пространство, — очнулся, и слава богу. Пойду познакомлюсь, кто такой, а ты вон поди, поснедать чего-нито собери. Да болезному нашему похлебки жидкой налей в кружку. Ему все одно пока только жидкое можно, иначе помрет не ровен час.
Занавеска откинулась, и в мою каморку вошел крепкий мужчина на вид лет шестидесяти с аккуратно подстриженной бородой.
Смотрели мы с женой когда-то в будущем польский фильм «Лекарь», вот и вошедший был точь-в-точь как главный герой. В общем, монументальный мужик, ростом чуть меньше двух метров и с комплекцией голливудского актера-губернатора. Во всяком случае, каждая ладонь у него была как две мои.
— Вижу, молодой человек, вы пришли в себя.
А вот манера говорить никак не вязалась с его внешностью.
Заметив мое мимолетное замешательство, он ухмыльнулся и сел рядом с кроватью на табурет.
Мебель жалобно скрипнула.
— Вы можете говорить? Можете назвать свое имя?
— Меня зовут Михаил Шершнев, — прохрипел я.
Горло было сухое. Заметив это, мой собеседник встал и вскоре вернулся с кружкой, от которой поднимался легкий пар. А уж аромат от нее шел просто неописуемый. В животе сразу предательски заурчало.
— Вот, попейте бульона, Михаил. Вам сразу станет легче.
Мой спаситель помог приподняться на локтях и поднес кружку с теплым наваристым бульоном к губам.
Напившись, а заодно и наевшись, я откинулся на подушку, а хозяин дома опять вышел. Вернулся он со знакомым планшетом в руках.
— Думаю, это ваше, молодой человек. — Он положил планшет мне в изголовье. — Там и ваши документы, и документы ваших спутников. К сожалению, кроме вас не выжил больше никто. Остальных я похоронил рядом с тем местом, где упал самолет. Признаться удивлен, что вы в столь молодом возрасте занимаете столь высокую должность.
