Не волнуйтесь. Просто вдруг что-то голова закружилась. — Я встал со скамьи и, пытаясь перебороть сковавший горло комок, чуть слышно произнес: — Здравствуйте, Николай Александрович!
А в глазах стояли слезы. Слезы от того, что вижу живым, здоровым и молодым самого дорогого для меня человека.
— Ты меня знаешь? Мы где-то встречались? — удивленно поинтересовался Татьянин брат.
— Знаю. Нет не встречались. Ответьте на один вопрос: вы уже написали рапорт на своего начальника?"
"Про рапорт, который спас его, дядя Коля рассказывал мне там, в будущем.
Зашел у нас как-то разговор про репрессии. Вот он и рассказал, как приехали арестовывать его начальника, да всех заодно и прихватили как соучастников, так как никто не докладывал о контрреволюционной деятельности уже бывшего начальника районного управления НКВД. Тогда-то дядя Коля и поведал о давно написанном рапорте, спрятанном под тяжелым сейфом, который не было возможности отправить. Усилиями нескольких человек сейф сдвинули, нашли запечатанный пакет, вскрыли, а там в рапорте — подпись и дата.
Так и удалось избежать ареста.
— Откуда ты узнал про рапорт? Я его буквально только что написал…
С обалдевшего лица можно было писать картину.
— Я даже знаю, что сейчас этот рапорт лежит под сейфом.
— Но откуда?! — Николай почти кричал.
Я посмотрел на всех троих и, вздохнув, ответил:
— Ты мне об этом рассказывал. Через много-много лет.
Теперь картину можно было писать уже со всех троих. С Николая — крайнюю степень удивления, с Татьяны — непонимание, а с Федора Тимофеевича — удовлетворение какими-то своими мыслями.
Я снял с руки часы и протянул Николаю (при всем моем уважении, но тот молодой парень, что стоял передо мной, на имя-отчество пока не тянул).
— Не видишь здесь ничего необычного?
— Да видел я твои часы уже, — сознался Николай. — Часы как часы, разве что сами по себе необычные. Так я на курсах у одного инструктора видел не хуже, швейцарские.
— Ты гравировку сзади внимательно читал? — Я кивнул на его руку с часами.
— Ни на что не обратил внимания?
— Дата! — Николай аж встрепенулся. — Я подумал, что кто-то ошибся и год дважды написал.
— Нет, не ошибся. Эти часы мне коллеги по работе подарили на пятидесятилетие в 2020 году.
— Так ты из будущего? — с усмешкой спросил Николай. — Я тоже читал Уэллса «Машину времени».
— Никакой машины времени нет, — вздохнул я. В общем-то надежды на то, что мне сразу поверят, и не было. — Я сам не понимаю, как попал сюда.
