Тебе самому-то как, копать или собирать удобнее?
— Мне удобнее на завалинке сидеть да на молодых покрикивать, — Федор засмеялся, — но лучше я копать буду, а вы вдвоем собирайте. Да где ее черти-то носят? — Он слегка прикрикнул, чтоб в доме слыхать было.
— Она драники затеяла пожарить. Говорит, вкусные будут… — Я невольно сглотнул слюну, вспомнив аппетитный запах на кухне.
— Нет, ну ты погляди! — усмехнулся Федор. — Эка она для тебя-то расстаралась.
— Это почему для меня? — не понял я, но Федор лишь хмыкнул и махнул рукой.
Картошку копать начали вдвоем. Где-то через полчаса нас позвали в дом завтракать. Драники были чудо как хороши. Федор ел, нахваливал и бросал насмешливые взгляды то на меня, то на племянницу, от которых она краснела. Только успели поесть и выпить по кружке чая, как под окнами остановилась телега, в которую была запряжена лошадка меланхоличного вида.
— Дядя Федя! — С телеги спрыгнул парнишка лет пятнадцати и заорал на всю улицу.
— Чего тебе, оглашенный? Я же велел в обед приехать.
— Федор высунулся по пояс в открытое окно.
— Мне батя велел после обеда в леспромхоз ехать за срезками, так что давай сейчас тебя отвезу, а то потом никак не смогу.
— Эх, ладно, иду. — Федор подхватил костыль и кряхтя встал с лавки. — А вы, молодежь, тут уж сами хозяйствуйте. Я до вечера задержусь. Картоху копайте, да про баню не забудьте.
После ухода Федора Татьяна быстро помыла посуду, и мы вдвоем вышли в огород. За шутками и рассказами Татьяны о жизни в городе время летело незаметно и работа спорилась.
Примерно часа через полтора от изгороди раздался довольно красивый певучий голос:
— Ой, Танька, а кто это у вас тут? Никак постоялец какой, али еще кто?
У забора стояла красивая статная девица с внушительным бюстом, который всячески старалась подчеркнуть, и с глазами, как говорят, с блядинкой.
— Здрасте, — увидев, что я обратил на нее внимание, девица расплылась в улыбке до ушей.
— День добрый, — только и успел произнести я, как в разговор вступила Татьяна, при этом едва не шипя как кошка.
— Чего тебе, Зинка? Иди куда шла и не мешай людям работать!
— Так я, может, до вас и шла. Вот с постояльцем вашим познакомиться да за покупками в наш коопторг пригласить. Может, ему папиросы надо, а у нас только завоз был. Да и другого чего для мужчин есть… — При этих словах бюст заметно колыхнулся.
— Благодарствую, но папиросы мне без надобности, — поспешил я ответить, так как видел, что Татьяна готова буквально взорваться, — не курю я.
