Онлайн-библиотека книг
Да, трудно понять, представить себя в шкуре разведчика за рубежом, который лиц соотечественников не видит годами.
Коган всматривался в лица шоферов. Простые, утомленные, обожженные южным солнцем, обветренные пыльными иранскими ветрами лица. Обычные русские мужики, по большей части деревенские. Это видно по рукам, по суставам пальцев, по ладоням, по въевшейся в кожу земле, маслам. Натруженные руки русского мужика, который снова тянет на себе непосильный груз войны. Кто сказал, что на передовой тяжелее? Вы попробуйте, как вот эти, поработать в страшную, адскую жару, глотая пыль, когда во время движения толком ни поесть, ни попить.
Такие вот простые шоферы и везут на себе войну. Везут снаряжение, боеприпасы, топливо. Под бомбежками, взрываясь вместе со своими машинами, в лютую стужу, когда в кабине так же холодно, как и в степи, а тебе приходится еще и поднимать лобовое стекло машины, потому что через залепленное снегом замороженное стекло ни черта не видать.
Сдвинув на затылок шляпу, Коган деловитым шагом обходил загруженные, готовые к рейсу машины. Спрашивал у шоферов приветливо, как дела, как настроение. Многие отвечали охотно.
В западной части порта располагался отстойник, откуда подавались на погрузку машины и где формировался очередной конвой. Здесь, на краю порта, было меньше производственного шума, здесь пахло морем, а не стройматериалами, слышны были шум волн и крики чаек. Коган и сюда заглядывал, чтобы после шума и гомона посмотреть на море, на горы и на чаек.
На самом деле Борис изучал в том числе и шоферский состав конвоя. Это очень важно. Важны не только погрузка, маскировка и охрана груза. Не только исправность машин, которые, кстати, здесь и осматривают, и ремонтируют, если находят проблемы. Важно понять, как вообще сложилась система подготовки и реализации конвоя.
