Иранская мина

Буторин тут же подбежал к переводчику и с трудом спихнул с него тело убитого похитителя. Юсуф стонал, опираясь руками на землю и пытаясь встать на ноги.

– Тихо, тихо, дружок. Все позади, – говорил ему Виктор, помогая подняться. – Как ты себя чувствуешь? Ранен? Голова как?

– Нормально, – простонал Юсуф, схватил руку Буторина и, опираясь на нее, наконец поднялся с земли. – Голова кружится немного, и подташнивает… Как ты меня нашел? Я как в себя приходить начал, понял, что на меня напали, так и с жизнью стал прощаться…

– Ну, это рановато ты, – рассмеялся Буторин, помогая Юсуфу усесться на заднее сиденье «Форда».

 – Мы своих не бросаем, заруби себе это на носу, доцент. Не так просто нас провести. И вообще, в этой стране сейчас мы диктуем и все контролируем. Так что случилось то, что было неизбежно и должно было случиться. Ни хрена у них не вышло тебя похитить! А теперь ложись, а я постараюсь как-нибудь побыстрее вернуть нас в Тегеран. Моя машина, как видишь, вдребезги, так что воспользуемся машиной твоих похитителей.

– А тела?

– Ну, полежат пока, – кряхтя и помогая Юсуфу лечь на сиденье, ответил Буторин. – Вернемся в посольство, доложу начальству, свяжемся с местной полицией – короче, процедура известная. Мне бы, конечно, не хотелось отвечать на вопросы. И уж тем более чтобы меня тут застали с оружием посреди трупов.

– Хорошо, – прошептал переводчик, ложась на сиденье.

И тут же свесил голову и застонал. Его вырвало прямо на пол машины…

Коган проехал большую часть маршрута на машине, которую ему выделили всего на несколько дней.

Дорога, горы, равнины. Колонны то ныряют в ущелья, то выходят на равнину, то, петляя, поднимаются вверх, натужно ревя моторами «Студебеккеров», то спускаются вниз. Дороги, мосты, мосточки, речушки и реки. А еще поселки и местные жители, которые часто выходят посмотреть на такое большое количество машин. Особенно у поселков вдоль дорог любят выстраиваться местные ребятишки.

Странно, но диверсий на трассе и в порту было очень мало.

В принципе почти всю немецкую агентуру удалось вычистить еще с 41-го года. А уж когда было принято решение о проведении конференции глав государств антигитлеровской коалиции, тогда к борьбе с немецкой агентурой подключились еще и разведки США и Великобритании. А еще, как удалось узнать Когану, диверсиями занимались не только немецкие агенты и заброшенные в страну диверсанты. Активно прибегала к такому виду борьбы и местная оппозиция.