Сражаться им я не умею, но тем не менее в состоянии отличить обычные железки от шедевров истинных мастеров.
Мне вообще понравился кабинет императора. Даже странно, что нас тут оставили без присмотра. Наверное, потому что Грегориан – его племянник, ну и я вроде как примазалась к семье. Кабинет оказался большим и светлым, что меня поначалу немного озадачило. Все-таки император Темной империи (акцентируем слово «Темной»), невольно ожидаешь чего-то мрачного и подавляющего. А здесь было два огромных окна, обрамленных бледно-желтыми шторами из эльфийского шелка.
Стены теплого молочного цвета. Медового оттенка мебель, обитая рыжеватой кожей. И пушистый светло-бежевый ковер, который меня совершенно покорил – на него даже ступать в обуви казалось кощунством. Довольно много декоративных растений. В углу большой глобус, вся поверхность которого выполнена из поделочных камней и эмали. И огромное количество всяких штучек, которые мы с Грегорианом самозабвенно разглядывали.
В ту минуту, когда раздалось привлекающее наше внимание тихое покашливание, мы с ним как раз, встав на четвереньки, изучали статую в половину человеческого роста, сделанную в одном из племен степных орков, стоящую в углу за большой декоративной пальмой.
Точнее, не саму статую, с этим мы уже управились. Сейчас же мы были крайне заняты, пытаясь вынуть из сумки, висящей на бедре у этого деревянного орка, маленькую каменную пластинку, покрытую письменами. Она явно вынималась, и нас очень интересовало: что же на ней написано?
– Иржик, ну дай я, дай я! Я же сильнее, я точно смогу ее выдернуть.
– Да тише ты, варвар криворукий, – шипела я на Грега, отпихивая его локтем. – Сломаешь же так! Лорд Дагорн тебе голову тогда открутит. Надо осторожно. Вот сейчас поймем, как именно она вынимается, и тогда вытащим.
– Ну, Иржик! Дай же! – Рука брата вновь оттолкнула мою и вцепилась в эту злосчастную пластину.
– Грег! Сейчас по шее получишь! – возмутилась я. – Не от меня, так от дяди. Ну испортишь ведь! Так нельзя!
– Кха-кха! – Покашливание повторилось более громко и дошло наконец до наших ушей.
Ой! То есть в первый раз мне не показалось, за нами действительно кто-то наблюдал!
От испуга мы с Грегом дернулись, тут же врезались друг в друга головами и, пятясь назад, начали выползать из угла. Собственно, по-другому было никак. Уж не знаю, зачем эту статую задвинули в самый дальний угол, да еще загородили кадкой с пальмой, но только на четвереньках туда и можно было забраться.
