Но самый ужас в том, что ведь это мне в дальнейшем придется ими руководить. Как?! Я спрашиваю – как?!
Но это все будет позже, а сейчас я шла, мертвой хваткой вцепившись в локоть Грега. И вытащив братца вперед – так, чтобы между нами и скелетами находился Себастьян. Тот посмеивался, глядя на мои ужимки и на то, как я постоянно оглядываюсь, следя, чтобы за нашими спинами находился он, а не зомби.
Скелетов Малкольм запер на ночь в одном из помещений на первом этаже, что меня несказанно обрадовало. И мы наконец-то легли спать.
День сегодня был безумно длинный и утомительный. У меня опять не хватило сил открыть медальон. Подержала я его в руках, да и отложила знакомство с портретом мамы на утро.
…Вот с этого я и начала, проснувшись. Потянувшись и протерев сонные глаза, села поудобнее и взяла в руки медальон. Сначала крышка не поддавалась, и открыть ее мне удалось не сразу. Хуже того, я случайно оцарапала палец о неровность на замочке и даже выругалась, так как выступила маленькая капелька крови.
Другим пальцем протерла испачканный в крови замо́к, и тут что-то в нем щелкнуло, а по коже руки пробежала щекотка, словно от искорок."
"С миниатюры, оказавшейся в медальоне, на меня смотрела улыбающаяся красивая молодая девушка. Большие раскосые зеленые глаза, опушенные темными ресницами, длинные светлые волосы, ямочки на щечках. В тот момент, когда был написан этот портрет, маме исполнилось лет девятнадцать-двадцать, то есть почти столько, сколько сейчас мне.
Интересно, я действительно на нее сильно похожа? Вскочив, прошла к зеркалу, поочередно всматриваясь то в свое отражение, то в портрет на медальоне.
Хм… А ведь и правда. Почему-то раньше не замечала, что мои глаза немного раскосые и вытянуты к вискам. Как-то даже в голову не приходило сравнивать себя с эльфами, зная, что папа чистокровный человек. Да и уши у меня человеческие. Впрочем, у мамы тоже. Но вот руку даю на отсечение – отметился в ее роду кто-то из ушастого племени.
Сразу вспомнился удивленный вопрос Грега в момент, когда он впервые увидел мои глаза.
И нос у меня мамин – маленький и прямой, и четко очерченные пухлые губы – ее. Про волосы молчу. Точно такая же грива очень светлых волос. Сравнивая сейчас наши лица, я могла смело сказать, что – да! Мамина дочь! И очень на нее похожа. Я никогда не жаловалась на внешность, природа меня щедро наградила. Но даже не предполагала, что я почти мамина копия.
Ласково погладив портрет, осмотрела изнутри крышку медальона.
