— Привет, — сглатываю, как только понимаю чей голос слышу слева от себя. Сердце тут же начинает стучать как ненормальное. Не получается это все контролировать. Не получается… — Варя сказала, что ты никого не хочешь видеть, но мне кажется, она сказала это потому что ты ее заставила.
— И ты пришел, — резко перевожу взгляд на Сережу. Ну почему ты такой… такой… вот такой. Господи, ну избавь ты меня от этого наваждения. — Я не шутила, когда говорила, что не хочу никого видеть. У меня дурное настроение.
— И я понимаю почему.
— Понимаешь?
— Я разговаривал с Виктором, — берет стул и присаживается около меня. — Если честно, я думал, что ты преувеличиваешь.
— Ты меня к себе забираешь? Вещи уже собирать? — да, вот я и нашла того, на ком можно сорваться. Идеальный вариант.
— Я не могу тебя забрать к себе. Во-первых, моя квартира для этого не предназначена. Во-вторых…
— У тебя своя личная жизнь и девушка, которая оставляет тебе засосы, — внаглую прерываю его. — Не приходи ко мне больше. Мне на фиг не сдалась твоя жалость.
И утихомирь свою совесть. Все, что произошло со мной — результат исключительно моих ошибок. Я серьезно, Сереж. Не приходи. Так будет лучше и тебе, и мне, — не знаю откуда я беру в себе силы сказать это вслух. — Не бойся, никто не заставит меня выйти замуж. Это все чушь. Нет, папа, конечно, хочет меня сплавить, это что-то типа делового соглашения, но не волнуйся, я со всем разберусь, — на одном дыхании проговариваю я, смотря ему в глаза. — Никто меня ничего не заставит делать против моей воли, Сереж, — уже мягче добавляю я.
Вру, конечно. Но почему-то не хочется, чтобы он знал, как на самом деле обстоят дела. Папа ему точно обо всем не сказал. — А если я и соглашусь выйти замуж по договоренности, это мне будет только во благо. Представляешь, какой треш ждет бедного мужика. Сцежу, так сказать яд. И не надо ничего сейчас говорить. Ни слова. Приходи только тогда, когда хочешь навестить маму, Дашу. Да просто так, но приходить ко мне специально — не надо, — тянусь ладонью к его губам, как только Сережа что-то хочет сказать.
Как-то неправильно сейчас его касаться. Он не мой. Но касаюсь. — Иди, Сереж. Иди, — убираю ладонь и отворачиваюсь к окну. Демонстративно беру наушники и втыкаю в уши. Уткнувшись в мобильник, включаю музыку и закрываю глаза. Только не смотреть. Только не смотреть.
***
Чувствую себя подростком, который радуется, что наконец остался один. Глупо, конечно, учитывая тот факт, что я не одна и так или иначе зависима от Вари.
