Исчезающие в темноте

Возможно, договориться о транспортировке в более приличную больницу, понимаешь?

Лера молча кивнула, больше ничего не говоря.

Петр Николаевич Смолин нашелся в небольшом кабинете с надписью «Ординаторская», дверь в который тоже оказалась открыта. Как будто здесь проходной двор, а не реанимация.

— Проходите, — вежливо улыбнулся он Рите, когда она назвала себя.

Рита попросила Леру посидеть в коридоре на стуле, а сама вошла, прикрывая за собой дверь. Не нужно ей слышать всего, о чем они будут говорить. Она ничего не поймет, только испугается сильнее.

"

"— К сожалению, у меня для вас не очень хорошие новости, Маргарита Гедеоновна, — начал врач, даже не спросив ее документов, — когда она села в кресло напротив него. — У вашего брата тяжелая черепно-мозговая травма, проломлена затылочная кость, осколки которой повредили мозг. Он не дышит самостоятельно, плохо держит давление, сердцебиение сильно замедлено без препаратов. Мы сделали операцию, для этого вчера даже приезжали специалисты из Твери.

Вытащили осколки, но о тяжести повреждения мозга пока говорить рано. К сожалению, у нас нет подходящего оборудования, а транспортировать его куда-то в ближайшее время невозможно, он этого не перенесет. Я бы на вашем месте… — он запнулся на мгновение, — готовился.

Рита кивнула, разглядывая какое-то невидимое пятнышко на столе и радуясь тому, что оставила Леру в коридоре. Она хотела попросить историю болезни, но решила, что ознакомится с ней чуть позже, когда они будут решать, что делать дальше.

Возможно, для этого придется просить Леру помочь. Сейчас же ей просто хотелось поскорее увидеть Марка.

— Удар был сильный, — продолжил врач. — Думаю, били с целью убить. Полицейский сказал, что он приехал вместе с женщиной, которая это сделала, то есть знал ее.

Рита почувствовала на себе любопытный взгляд, которым их одаривали все, с кем пришлось общаться в этом городке. Наверное, для тихой провинциальной местности событие нерядовое.

— Я могу увидеть его? — спросила она, не подтверждая и не опровергая последние слова врача.

— Конечно, дальняя палата налево.

Рита поблагодарила его и вышла из ординаторской. Лера, ссутулившись, как будто ей на плечи уронили всю тяжесть мира, сидела на стуле, однако тут же подскочила на ноги.

— Ну что? — спросила она, торопливо следуя за Ритой и вглядываясь в ее лицо.

— Пока еще рано о чем-то говорить, — неопределенно ответила та, так и не найдя в себе сил сказать Лере правду.