- ревнивенько отмечаю я.
Только большим мальчикам такой сервис?
Тихомиров забирает пакет.
И не расплатившись идёт мимо меня.
Так....
Ну это уже вообще!!!
- Ты что делаешь?! - шиплю я.
Игнорируя меня, тормозит в дверях, глядя на экран телефона.
- Заплати! - шепчу шокировано.
Разворачивается, возвращается.
И я почти выдыхаю. Но...
- Деньги... - вальяжно требует он у кассирши.
Она вытаскивает из под кассы тонкую стопку пятитысячных, протягивает ему.
Мои глаза слегка вылазят из орбит, словно я игрушка-антистресс, на которую нажали.
Забрав деньги, он проходит мимо меня на улицу, в услужливо разъезжающиеся перед ним двери.
В ужасе смотрю в глаза продавщице.
Она смотрит на меня с подозрением.
Итак, я свидетель или соучастник? Это наверняка на камерах, что мы вместе пришли. И что мне делать?!
- И-извините, - растерянно бормочу я. - Давайте, я оплачу его покупку.
Ее лицо слегка перекашивает от смешанных эмоций.
А те, деньги, что он у нее забрал, тоже вернёшь, Чалкина.
Тихомиров возвращается и сгребая меня за плечи, вытаскивает из магазина.
- Ты ограбил магазин?! - потряхивает меня от шока
- Это мой магазин.
- А-а-а... - застываю я, слушая как испуганно бьётся мое сердце.
Издевался, да?! Скотина преподобная...
Открывает дверь подъезда, демонстративно распахивая ее для меня.
Психуя, иду мимо него.
- Очень смешно... - цежу гневно.
- Суши хочешь? - как ни в чем не бывало.
- Нет!
- А меня?
Задохнувшись от возмущения, закашливаюсь.
- Н-н-нет.
Отдает мне в руки ключ от моей квартиры.
Как он смеет вообще мне предлагать секс?!
- Марии предложи! Она оценит.
- Какая ты ревнивая...
Теряюсь, не находя, что ответить.
- Передумаешь, забегай.... - проходится перебором пальцев по моей собачке на куртке, дёргает ее вниз на несколько сантиметров.
Уходит к себе.
С пульсирующим от жара лицом стою, застыв, на лестнице.
Нормальный вообще?...
Хам!
Самонадеянный кретин. С дебильными шутками и кретинскими выходками! Выставил меня идиоткой!
За гранью вообще...
Злясь и психуя, раздеваюсь, иду мыть руки.
Вытирая их об свое полотенце, на автомате вжимаюсь носом в его полотенце.
- Ммм....
Нет, Чалкина! ""Фу""! Нет.
Упав навзничь на диван, вспоминаю обескураженное лицо продавщицы, когда я предложила оплатить его покупки.
- О.... Боже! - начинаю хохотать я, накрывая лицо подушкой. - А-а-а-а!! Жесть... Тихомиров! Гад...
Истерично просмеявшись, как дура улыбаюсь в потолок, плавая в какой-то необъяснимой эйфории.
Мда, Чалкина. Мда...
