Ищу мужа. Бывшим и боссам не беспокоить!

Выводы сделала из того, что, прежде чем уйти, Борис наклонился и поцеловал меня в щеку. Сам! Я все так же сидела в кресле за столом.

– Я зайду за тобой в обед, вчера ты обещала что-то сладкое, – сказал он на прощание и ушел.

Третьяков стоял в дверях и сверлил меня взглядом.

Когда за Борисом закрылась дверь, а закрыл ее гендир собственноручно, и мы остались вдвоем, я мысленно приготовилась к бою. Несмотря на то, что сказала Борису, я все же собиралась отказаться от повышения.

Но сегодня точно был не мой день, а точнее, день сплошных разрывов шаблонов.

Закрыв дверь, Третьяков пошел не к рабочему столу, за которым я сидела, а к мини-кухне. Я молча наблюдала за тем, как он по-хозяйски открывал полки, доставая все необходимое для приготовления кофе.

Еще больше я опешила, увидев, что следом за туркой он достал кофемолку и отсыпал на глаз из только что вскрытой упаковки зерна. Вел себя мужчина уверенно, все движения и действия были ровными и последовательными. Я даже ощутила чувство дежавю, хотя точно знала, что вижу это впервые, в том прошлом, которое я помню, Гена не варил при мне кофе.

– А что, полчаса уже прошло? Уверена, что нет, и потом, я еще не успела ознакомиться с договором.

– Айтишник отвлек или с чем-то еще сложности? Он же вроде как починил почту или увлекся чем-то и не доделал свою работу? – ответил вопросом на вопрос Третьяков и сначала оценивающе окинул меня ледяным взглядом.

Мне все еще сложно было привыкнуть к этому, и все же я старалась не отвести взгляд. Только гендир не собирался играть со мной в гляделки, он лишь привлек мое внимание и посмотрел на дверь, намекая, что я могу пойти и вернуть Бориса, чтобы он доделал свою работу.

Очень захотелось ответить, и я бы высказалась не стесняясь, что думаю о его намеках, но этот гад Ге… гендир включил кофемолку. Да, эта навороченная штука, видать, последней модели не издавала ушизакладывающего звука, как старые добрые кофемолки, но и совсем беззвучной ее нельзя было назвать. Перекрикивать жужжание я не стала, решив подождать.

Тридцатисекундное вынужденное молчание дало время подумать, прежде чем ответить.