Ищу тебя

Будто завершился последний этап планирования нашей семьи, подумала Оливия: я выполнила свое природное предназначение и теперь навсегда останусь для Харви только матерью его детей.

Безысходность и отчаяние, которые Оливия безуспешно пыталась подавить в себе в течение многих месяцев, охватили ее с новой силой. И все же никогда еще она не чувствовала себя такой несчастной.

Перехватив удивленный взгляд мужа, Оливия с вызовом уставилась ему прямо в глаза, нисколько не заботясь о том, что он может подумать о ее словах.

Ей нужен ответ. Она не собирается до конца своих дней жить так, как они живут сейчас. Ей всего лишь двадцать восемь и до старости еще очень далеко. И ничего особенного ей не нужно – только бы они стали ближе друг к другу, только бы исчезла эта невидимая стена, разделяющая их жизни.

Взгляд голубых глаз, всегда такой живой и властный, когда Харви сосредотачивался на какой-то проблеме, стал задумчивым.

– Что тебя расстроило? – спросил он, отодвигая в сторону тарелку с остатками телятины и поднимая бокал с вином.

Харви терпеливо ждал, когда Оливия поделится с ним своими заботами. На его лице появилась ободряющая улыбка.

Неожиданно для себя Оливия оказалась в положении капризного ребенка, которого взрослый собирается облагодетельствовать своим вниманием и готов уделить столько времени, сколько будет необходимо, чтобы разобраться в его делах. Именно так. Харви готов ее выслушать. Как и всегда. Тем не менее, всякий раз каким-то непонятным образом получалось, что обратной связи не возникало, Харви заставлял Оливию рассказывать ему о своих проблемах, конструктивно решал их, но практически никогда не делился с ней своими заботами.

Оливия привыкла считать эту внешнюю сосредоточенность на ее нуждах и желаниях в высшей степени лестной для себя, ибо она демонстрировала степень заботы мужа, что обеспечивало ей душевный покой и вселяло чувство безопасности. Но постепенно Оливия пришла к выводу: такого рода безопасность обеспечивают взрослые ребенку, который еще не в состоянии постигнуть трудности и опасности, подстерегающие его за пределами того мирка, в котором он живет.

Теперь такое отношение показалось Оливии оскорбительным и совершенно неприемлемым – этакая штора, за которой Харви полностью скрывал свои сокровенные мысли, свой внутренний мир.

– Ты хоть понимаешь, что в последнее время мы с тобой говорим только о детях?! – выпалила Оливия, возбужденно всплеснув руками. Она решилась, наконец, взять быка раздора за рога.