Ищущий Битву

За последние годы он побывал в Святой Земле в составе германского ограниченного контингента и, вдоволь навоевавшись, благополучно вернулся оттуда, везя с собой несколько богатых выкупов, от которых, правда, уже не осталось и следа.

Потом он повернул бег своего боевого коня в земли литов, где «увешанные шкурами дикари» никак не могли взять в толк смысл и могущество Божьего слова. Уверовав в свои силы на стезе прикладного богословия, граф Михель с рьяностью и энергией, достойной лучшего применения, принялся втолковывать язычникам постулаты смирения, терпения и кротости, но вконец одичавшие дикари, почему-то воспринимавшие крест исключительно в виде рукояти меча, одарили славного рыцаря полудюжиной каленых стрел, прилетевших откуда-то из темноты и поневоле заставивших фон Тагеля вернуться к родным пенатам и залечивать раны, полученные на ниве ревностного служения Господу.

Между тем граф пнул ногой дверь, от чего та застонала как-то особенно жалостно, и, вырвавшись на площадку, взревел: «Клаус! Клаус! Где тебя носит, мошенник!»

От звуков этого голоса игравшие внизу в зале испуганно свернули карты, а те, кому Фортуна, в утешение за проигрыши, продемонстрировала свои роскошные ягодицы, невольно поперхнулись и поставили на стол кубки с дармовым вином.

– Я здесь, ваше сиятельство! – Крепкого вида молодой человек лет девятнадцати с миловидным озорным лицом, не успевшим еще приобрести подобающую рыцарю суровость, появился внизу лестницы, как чертик из табакерки.

– Поправь тунику, негодник! – властно потребовал рыжеволосый рыцарь.

 – Клянусь мощами Марии Египетской, если так пойдет и дальше, через несколько лет добрая половина города будет звать тебя папашей.

Эти слова моего друга были встречены взрывом гомерического хохота, от которого собаки, разгуливавшие по зале в ожидании подачек, вначале испуганно поджали хвосты, а затем возбужденно залаяли.

Виновник этого веселья, деланно смущаясь, расправил злополучную тунику и склонился в низком поклоне.

– Ладно, Клаус, ничего, дело молодое, – смягчаясь, произнес фон Тагель.

 – Беги лучше найди Малыша Эда, оруженосца господина Вальдара, и вели на конюшне оседлать наших коней. Мы отправляемся на прогулку. – Михель вернулся в комнату и захлопнул дверь. – О, очень кстати! – Появившийся на пороге моих покоев слуга держал в руках объемистую флягу с вином и пару кубков. – Очень кстати! – повторил мой гость. – У меня глотка пересохла, как все пустыни Сирии. Да! К вопросу о Сирии.