Ищущий Битву

Пока что, слава богу, все обходилось, но выставлять моего Малыша для всеобщего обозрения на ристалище было бы полным безумием.

И вот настал день турнира. Едва ласковые лучи солнца заиграли на стали доспехов и богатом убранстве дам, едва легкий утренний ветерок наполнил полотнища стягов и заиграл значками на рыцарских копьях, едва раздул он плащи и полотна – блистательная кавалькада двинулась через весь город к ристалищу. Приветствуемая криками толпы, ревом начищенной меди и грохотом барабанов, она в гордом величии двигалась по главной улице, разукрашенной, как рождественский пирог.

Все, что было доблестного, величественного и прекрасного в здешних краях, слилось в единый поток в этой блестящей колонне.

Возглавлял ее сам Оттон фон Гогенштауфен, герцог Лейтонбург, принц крови, глава тронного совета и дядя нынешнего правящего императора. Впервые со дня моего прибытия сюда мне удалось разглядеть его вблизи.

Это был крупный мужчина лет сорока пяти, с чертами лица скорее резкими, чем благородными, но вместе с тем производившими впечатление суровой мужественности и быстрого ума.

Выцветшие, некогда серые глаза его были полны невыразимой тоски, но сам взгляд их, впивавшийся, казалось, в жертву, отдавал ледяным холодом. Он непринужденно гарцевал на превосходном арабском скакуне, чуявшем даже не движение, а саму мысль хозяина.

Справа от него, чуть поодаль, ехал рыцарь в серебристом доспехе с лицом гордым и мужественным. Длинные седые волосы, разметанные по плечам утренним ветром, лишь подчеркивали его воинственный вид.

– Ты видишь то же, что вижу я? – возник в моей голове голос Лиса.

– Нет. Это Карл Дитрих фон Брайбернау, молочный брат и правая рука его высочества.

– Не знаю. Но это не все. Вчера мой новый друг, граф фон Тагель, рассказал о неприятностях, которые случились с этим славным рыцарем во время его возвращения из Святой Земли.

– Подожди. Дай попробую угадать. «Солнце Венеции»?

– Именно так. А кто был его напарник?

– Не может быть! Де Сегрен?

– Ты сегодня на редкость догадлив.

Огюст Гастон де Сегрен собственной персоной.

– Да, но это же невозможно!

– Конечно. Но что я могу поделать, если так оно и было.

– Обалдеть! Не забудь упомянуть об этом в отчете. Это же бардак какой-то!

Я знал этого человека. Правда, не здесь, а в одном из сопредельных миров поблизости, где мы с ним были очень дружны. Он был одним из лучших воинов своего века. Похоже, что и здесь тоже.