Ищущий Битву

– Слышишь ли ты мою речь или мне говорить громче?

– Не надо, о отважнейший из асов. Я слышу тебя.

– Так слушай же меня, маг, носящий имя Арним!

Инельмо вздрогнул. Это был удар ниже пояса. Я бы никогда не нанес его, но иного выхода не видел.

– Волею моею послан сюда этот рыцарь, – словно штормовой прибой, рокотал голос. – Волею моею сегодня ты спас его! Волею моею ты сделаешь все, что он тебе повелит! Запомнил ли ты мою волю?

– Да, о могучий сын Одина!

Голос внезапно стих, и стало так тихо, что сама тишина давила на уши.

Ошеломленный маг сидел на полу, хватая воздух ртом, и никак не мог прийти в себя.

– Так, значит, великие боги древних не оставили мир?

Я пожал плечами, как бы говоря: «Но ты же сам все слышал!»

– Значит, ты служишь великому Тюру, а не Мерлину?

От волнения маг перешел на «ты», но я решил не заметить этого.

– Это действительно имя девушки.

Инельмо обхватил голову руками. По впалым его щекам потекли слезы.

– Значит, труд всей моей жизни – все даром, все зря?

– Но ведь никто в целом свете не знает, где находится остров фей и где находится хрустальный грот Мерлина.

– Послушай меня, маг Инельмо Великий. Боги никогда не приходят в этот мир просто так. Неисповедимы их пути, и загадочны их замыслы. Если же случается так, что воля Божья через нас приходит в этот мир и нашими руками вершится в нем, то мы должны гордиться своим жребием, а не роптать на него. А Книгу, Книгу я обязательно найду, когда придет час!

Раздался странный сухой щелчок.

– Знамение, – прошептал Инельмо.

– Капитан, может, теперь ты мне все-таки объяснишь, что там у вас происходит?

Я объяснил. Подробно и в лицах. Потом изложил ему план. Он задумался, немного помолчал и наконец произнес:

– Ты знаешь, Капитан, я не уверен, что ты будешь долго таскать на плечах эту колодку для шлема, но все-таки, пока она там есть, по счастью, она годится не только для этого.

Глава двадцать восьмая

И они бросились в бой и победили, когда решили, что побеждают.

Рог трубил заливисто и призывно над лесистым склоном Шарфенберга. Темные кроны дубов озабоченно шумели, вслушиваясь в этот звук. Скоро к нему прибавились ржание и храп коней, потом звон оружия, крики загонщиков и собачий лай.