Онлайн-библиотека книг
Разлившаяся по комнате прозрачная световая вуаль втянулась в трикветру – центральную руну с изображением трилистника, пронизанного окружностью. Володарь перестал быть единой композицией рун, как бы погас. Илья ощутил вдруг такую тоску, что едва не заплакал, с трудом заставил себя успокоиться, унял сердце, сгорбился над столом, закрыв глаза. Через минуту открыл, оглядел сдвинутый строй дощечек, прошептал:
– Ну, где же ты, Белобог? Выходи…
Володарь молчал.
– Чего тебе не хватает? Какой малости? Какая руна должна располагаться в центре? Может быть, коловрат?
Илья поменял местами трикветру и тетраскеле – свастику.
Ничего не изменилось.
– Или, может быть, так?
Он поменял свастику на «крест опоры», состоящий из четырех тау-крестов. Покачал головой.
– Нет, не то…
В центре должна быть руна покоя, база всего мира, пришла вдруг трезвая мысль. Что может быть опорой мира? Либо Древо, либо Гора. Попробуем?
Илья поместил в центр креста махамеру – «руну Священной Горы», сдвинул дощечки плотнее.
– Не вижу… – прошептал Илья. – Не вижу! Слава, где ты? Помоги…
Шевельнулась на груди цата, отзываясь на мысленно-энергетический посыл. Возможно, это и был ответ Владиславы на его зов, уловленный талисманом Святого Духа, однако нынешний владелец талисмана еще не научился понимать его сигналы.
– Все равно я тебя разгадаю! – стукнул кулаком о ладонь Илья. – Евстигней смог, и я смогу! Потерпи немного, любимая, суженая моя, скоро я вызволю тебя, а врагов накажу!
Илья накрыл разложенный на рабочем столе володарь листом фольги, глянул на часы: шел пятый час ночи, вернее, утра. Начался рассвет. Он просидел над рунами больше четырех часов, не заметив этого! М-да… А впечатление такое, будто сел за стол минуту назад.
Илья залез под душ, постоял под ледяной водой, испытывая наслаждение, и вдруг вспомнил свой разговор с Федором Ломовым во время последнего посещения Парфина. Дядька сказал тогда, что Данила нарисовал русского богатыря (глаз не отвесть!), а орнамент ему подсказал Евстигней.
