Хочется промочить горло.
Карина снова задерживается на мне глазами. Смотрит как врач на пациента, у которого плоховатый прогноз.
- Черный или зеленый? С сахаром?
Девушка не переодевалась, и я завис, разглядывая ее точеную талию в строгой завышенной юбке. Могу ведь я позволить себе хоть что-то расслабляющее?
Прокашливаюсь.
- Ты ведь прекрасно знаешь мой вкус. Черный, без сахара.
Мы много раз готовили напитки друг другу.
- Может быть, ты изменился, - пожимает вредная красотка плечами, - а может, тогда чувствовал себя другим человеком.
А вернулся домой и забыл все пристрастия.
В мой огород прилетел нехилый булыжник.
- Я всегда один и тот же, - держу удар, - стараюсь поступать так, как считаю наиболее правильным. И лучшим для тех, на кого мне не плевать. Далеко не плевать…
Не знаю, к чему повторяю последнюю фразу. В кривой попытке объясниться?
- Фаина Филипповна рекомендовала мне наблюдать за тобой и учиться.
Красивые карие глаза вроде бы немного потеплели. Одновременно с этим около меня появляется большая кружка из темно-коричневого стекла.
В ней такого же цвета напиток. Стараюсь удобнее усесться на табуретке за маленьким кухонным столиком.
- Спасибо ей за такое доверие, - отпиваю чай, - своих перспективных сотрудников она хочет воспитать по моему подобию. Это льстит.
Карина фыркает. Но мне кажется, довольно.
- Кто льстит, так это ты, Троицкий!
Да, упрек наигранный. А улыбка молодого юриста озаряет кухню словно дополнительный источник света. Мне вдруг тоже становится приятно.
И не от удачного эффекта. А просто от того, что радостно ей.
Это так работают чувства к человеку? Впрочем, раскатывать губу в сторону отношений с Кариной не стоит.
- Вот психологию тебе нужно подтянуть, - говорю в сторону поглощающей пирог девушки, - людей ты не очень хорошо понимаешь. Иначе бы знала - я не льщу! А что касается хватки, твердости и любви к фактам, у тебя все отлично. Вот как разрулила наше дело.
Я действительно рад, что мы во всем разобрались. Если бы Карина обижалась, что я не поверил на слово.
Если бы бегала от меня - я бы дольше был в разлуке с сыном.
Так что после своей речи спокойно принимаюсь за пирог. Вкус детства - без изысков, такое уютное удовольствие. Даже не сразу замечаю, что Карина перестала есть.
- Ты считаешь, я ушлая, да? Подсуетилась ради своей выгоды? Я и одна могла бы вырастить ребенка!
Да, я сам психолог еще тот… Но может быть, сегодня мне простительно?
- Нет, я не так считаю.
