– Бывает, что осознание приходит слишком поздно, и уже нет возможности что-то исправить, – Кэтрин неодобрительно смотрела на татуировку на безымянном пальце дочери. – Лин, скажи, пожалуйста, почему мы собрались здесь, а не в Бостоне?
Лин тяжело вздохнула. Этот вопрос отправил в нокаут ее расшатанные нервы.
Ну все, приплыли.
Почему они здесь оказались? Просто Рэймонд превратил в пепел дом крупного наркоторговца, а дело о поджоге досталось дотошному копу. А еще Рэймонд избил одного дилера, а может и не одного, черт его знает.
Лин была готова бежать со всех ног на задний двор, наполнить обойму патронами и стрелять по жестяным банкам. К черту накрытый стол, дурацкое платье и вымученные улыбки. Зачем строить из себя того, кем не являешься? Пора сбросить чужую шкуру.
– Мы скрываемся от наркоторговца, который может убить Рэймонда, – на одном дыхании выпалила Лин и скинула с коленок жемчужную салфетку из льна. К черту проклятую сервировку стола.
Кэтрин выронила из рук вилку и перевела испуганный взгляд на Рэймонда.
Прошло несколько секунд, тянувшихся, как вечность, прежде чем Рэймонд приподнял уголки рта вверх, и гостиная наполнилась его смехом.
– У вашей дочки потрясающее чувство юмора, – сквозь хохот произнес Рэймонд. Увидев удивленное лицо Кэтрин, он перестал смеяться и принял серьезный вид. – Погода Бостона кого угодно с ума сведет, и мы решили отдохнуть.
Рэймонд взглянул на Лин, и ей показалось, что мимо нее со свистом пролетели огненные стрелы.
– Мне кажется, ваш отдых затянулся, – Кэтрин возмущенно покачала головой.
Лин коснулась рукой щеки, которая пылала жарким пламенем, и украдкой посмотрела на Рэймонда. Его профиль выражал пугающее спокойствие. Неужели, ради нее он готов весь вечер терпеть скверный характер ее матери?
– Вы должны попробовать этот салат, он очень вкусный, – Рэймонд протянул Кэтрин глубокую тарелку с пересоленным салатом."
"– Лин, ты знаешь, мне недавно звонил Этан, – произнесла Кэтрин, убирая в сторону тарелку с салатом.
– Он спрашивал о моем здоровье. Он всегда был внимательным молодым человеком. Так вот, его недавно повысили. Теперь Этан – руководитель отдела.
Лин едва сдержала ругательства от услышанного. И на что она рассчитывала, пытаясь наладить отношения с матерью? Кэтрин никогда не принимала всерьез свою дочь, зато в Этане видела идеал здравомыслия. Лин с ненавистью посмотрела на мать, чувствуя, как остатки ее выдержки растворялись в воздухе.
