Искалеченные

– Я весь день писала статью для работы и не заметила, как пролетело время, папочка, – я сделала ударение на последнем слове. Своими вопросами Рэймонд напоминал назойливых предков. – Будешь кексы? – я сменила тему.

– Тебе их жалко выкидывать, и ты решила угостить ими меня? – хмыкнул Рэймонд и подцепил виноградинку из горсти фруктов, лежавших в тарелке на столе.

Я вспомнила, с каким аппетитом Рэймонд набросился на куриный сэндвич в закусочной, подумав, что кексами он не наестся.

– На обед я приготовила фетучини с ветчиной в сливочном соусе, – сказала я, и Рэймонд ошарашенно взглянул на меня.

– Рискну, – он снисходительно согласился, видимо, решив, что кулинар из меня никудышный.

Через несколько минут я наполнила тарелку пастой и поставила ее перед Рэймондом вместе с приборами.

– А сама чего не ешь? – он недоверчиво на меня покосился.

– Не хочу отравиться, – я зловеще улыбнулась.

Пока Рэймонд взвешивал в уме: шучу я или говорю серьезно, я выкинула одну за другой пустые бутылки в ведро.

На самом деле, это нужно было давно. Раньше, чем два дня назад, когда я переступила порог своей квартиры, уткнувшись носом в косуху Рэймонда.

Мне не хотелось стать самым отвратным трупом в Бостонском морге. Поэтому я первым делом решила избавиться от выпивки и травки. Самокрутки с марихуаной были безжалостно смыты в унитаз. Вино я отправила следом за ними.

Я не тронула только коллекционную бутылку «Ле Бабийер». Когда-нибудь настанет повод, и я откупорю его и наслажусь букетом.

Вскоре я уселась за стол напротив Рэймонда. Он стянул с себя толстовку, оставшись в белой футболке. Его тарелка уже была пуста.

– Очень вкусная паста, спасибо, – поблагодарил меня он. – Теперь я готов попробовать кексы.

Я срезала подгоревшую корочку и угостила выпечкой Рэймонда.

– Чем вы сегодня занимались у Доктора зло? – спросила я, когда он откусил кекс.

– Рисовали праздник.

– Праздник? – переспросила я. – Доктор Зло окончательно сошел с ума.

Я начала наливать яблочный сок в бокал из-под вина. Рэймонд недовольно покачал головой и взял из моих пальцев бутылку, чтобы самому наполнить бокалы карамельной жидкостью.

– Грант просил нарисовать то, что ассоциируется со словами. Это были слова праздник, любовь, война и прочее… – объяснил Рэймонд. – А после собрания он устроил мне допрос с пристрастием. Грант считает, если я закрою гештальт, то все мои проблемы решатся.